Зная это, зная нрав и репутацию рассерженного, холодного мужчины, сидевшего рядом, Дженни была уверена, что жизнь ее станет сплошным несчастьем. Комок в горле, душивший ее целый день, сейчас почти не давал вздохнуть, и она совершала усиленные попытки подумать о приятном, что найдется в жизни, на которую обречена. Тетушка Элинор будет рядом, напоминала она себе. А когда-нибудь – скоро, учитывая похотливую натуру мужа, – появятся дети, которых она будет любить и о которых надо будет заботиться. Она на мгновение зажмурилась, испустила болезненный вздох, чувствуя, как напряжение чуть-чуть ослабло. Стоит подумать о возможности иметь и нянчить ребенка. И она решила уцепиться за эту мысль.
Ройс потянулся за кубком вина, она исподтишка взглянула на него и с ожесточением заметила, что он наблюдает за особенно миленькой акробаткой, балансирующей на руках, опираясь на острые лезвия мечей, в юбчонке, подвязанной, чтобы не падала на голову, под коленями, позволяя выставить на всеобщее обозрение полные ножки в чулках от колена до щиколотки. В другом конце зала шуты в остроконечных колпаках с бубенцами скакали перед столом, протянувшимся во всю длину зала. С помощью праздничного представления и обильного угощения отец ее на свой лад демонстрировал ненавистным англичанам, что Меррики обладают и гордостью, и богатством.
Раздраженная явным восхищением Ройса акробаткой с красивыми ножками, Дженни тоже взяла кубок с вином, притворившись, что пьет, а не смотрит в злобные и презрительные глаза англичан, весь вечер насмешливо устремленные на нее. Основываясь на некоторых подслушанных замечаниях, она поняла, что ее обсуждали и нашли совершенно неудовлетворительной.
– Посмотрите на эти волосы, – прохихикала одна женщина. – Я думала, только лошадиные гривы бывают такого цвета.
– Поглядите на эту высокомерную физиономию, – предложил один мужчина, когда Дженни с высоко поднятой головой проходила мимо. – Ройс не потерпит подобной самонадеянности. Он из нее это выбьет, как только привезет в Клеймор.
Отведя глаза от шутов, Дженни взглянула на отца, сидевшего от нее по левую руку. Она преисполнилась гордости, изучая его аристократическое бородатое лицо. Он держится с таким достоинством… с таким благородством. По правде сказать, наблюдая, как он творит суд в большом зале, выслушивает споры, которые время от времени вспыхивали между его людьми, она не могла отделаться от мысли, что Господь должен выглядеть точно так же, восседая на своем небесном престоле и судя каждую предстающую перед Ним душу.
Однако сегодня отец, кажется, пребывал в весьма необычном расположении духа, особенно если учесть подобные обстоятельства.