Не скажу, что была в состоянии заниматься тем и другим, ибо болталась в седле, трясясь прямехонько через всю Англию на самой неудобной лошади, на какую когда-либо имела несчастье садиться!
Склонив голову и тщательно прислушиваясь, Дженни медленно шла в противоположный конец огромного зала.
– А погода была совершенно отвратительной! – продолжала тетушка Элинор. – Именно в тот момент, когда я подумала, что дождь обязательно меня утопит, вышло солнце, и я изжарилась заживо! У меня разболелась голова, у меня разболелись кости, и я, безусловно, нашла бы свой конец, если бы сэр Стефан не согласился остановиться ненадолго, чтобы я могла набрать целебных трав.
Тетушка Элинор спустилась с последней ступеньки, явилась во плоти на глаза Дженни в двадцати пяти ярдах от нее, зашагала навстречу и все не умолкала:
– Что было очень и очень кстати, поскольку разок я уговорила его глотнуть моего секретного питательного отвара, который сначала вызывал у него отвращение, но в результате он заработал всего-навсего насморк.
Она взглянула на Стефана Уэстморленда, подносившего к губам кружку с элем, и оторвала его от этого занятия, потребовав подтверждения своих слов:
– Вы ведь не разболелись, а получили всего-навсего небольшой насморк, не правда ли, дорогой мальчик?
Стефан, опустив кружку с элем, покорно ответил:
– Правда, мэм. – Кивнул и снова понес ко рту кружку, тщательно избегая встречи с косым, насмешливым взглядом Ройса."
"В зал вошел Арик, промаршировал к очагу, а тетушка Элинор, бросив на него осуждающий взгляд, продолжала разговор с идущей к ней Дженни:
– В целом путешествие оказалось не таким уж и страшным. По крайней мере оказалось бы, если бы меня не заставили ехать с этим типом, с Ариком, на что я была вынуждена согласиться, когда мы покидали Меррик…
Рыцари у камина начали поворачиваться, и Дженни в испуге кинулась к тетке бегом в тщетной попытке остановить ее, пока та не ступила на опасную почву, обсуждая вооруженного топором гиганта.
Широко открывая объятия навстречу Дженнифер, расплывшись морщинистым лицом в сияющей улыбке, тетушка Элинор продолжала:
– Арик прибыл сюда за добрых двадцать минут до вашего приезда и не пожелал отвечать на мои настоятельные расспросы о тебе.
Предчувствуя, что ей может не хватить времени закончить мысль, прежде чем Дженнифер добежит, тетушка Элинор затараторила с удвоенной скоростью:
– Я, впрочем, не думаю, что он такой сердитый по слабоумию.