Автор
В темных апартаментах запах свечей и дорогих тканей завораживает сознание, создавая невесомую магию. Ночь наступила, но душевные муки не дают уснуть: ты в королевстве иллюзий, где каждое слово и движение имеет собственную реальность.
— Он, как не в себе, словно под гипнозом, считает себя другой личностью, — ведьма меня пошлёт сейчас, но не могу не спросить,
— А разгипнотизировать реально? Ну, чтобы вспомнил, кто он на самом деле?
— Обычно до этого не доходит, несчастного либо убирают, когда цель достигнута, либо, когда возвращаются отголоски себя, сходит с ума от раздвоения личности и зачастую заканчивает самоубийством, — Жюстин всё ещё терпит моё любопытство, но, похоже, что, несмотря на табу, тема её тоже волнует.
— И не было случая, чтобы иллюзор себя осознал?
— Есть у меня один состав, работаю над ним много лет, но проверять пока было не на ком.
— Спасибо, Жюстин! — не знаю, на фига мне эта информация, но в чужом мире, где орудуют маги, людей подменяют двойниками — марионетками, может понадобиться всё, что угодно.
— Тебе-то зачем эта ерунда? — удивляется ведьма, — ты ж богиня!
— И, что?! — не понимаю в чём связь.
— Ты отличишь по любому…
— А-а, ну да, отличу… — прямо сразу! Взмахну волшебной палочкой и отличу!.
"Но теперь хотя бы становится понятно, почему личная охрана так легко переметнулось на сторону ложного господина, он со дня пропажи оригинала ежедневно на глазах. Они там уверены на все сто, что настоящий. Появись перед ними Костик спустя полгода, прибьют и разбираться не будут.
Пока мы ведём плодотворную беседу, Жюстин доваривает своё чудо-блюдо, и по кухне уже вовсю гуляют офигенные, головокружительные ароматы.
— Каша готова! Можешь усаживаться, а мужчин накормим, когда проснутся.
Не тут-то было, они сбегаются на запах сами. Лохматый заспанный Костик с замятой красной складкой во всю щёку, надо же как сладко спалось, и холёный отмытый и побритый Джакопо.
Немая сцена. Я даже забываю на минуту, что хочу есть, а старик, хотя теперь какой же он старик, видя наше всеобщее изумление, посмеивается,
— Что, деточки, со счетов меня уже списали? А я ещё вам фору дам! — он и правда, тянет лет на шестьдесят — шестьдесят пять, не больше!
Первой отмирает Жюстин,
— Вы, принсипале, как всегда, король метаморфоз! — наверное, это комплимент, потому что Джакопо удовлетворённо улыбается и первым вспоминает о еде,
— Чем угощаешь, хозяйка?
— Зерница с вяленой кабанятиной и кореньями, и травяной чай для успокоения души и тела.
