Автор
Лес вокруг превратился в лабиринт из снега и льда, где каждая шагу было трудно предсказать. Ветер окунал меня в холодные, кружествующие снежные туманы, искажая видимость. Голод добавил смелости, но зима — это время опасностей, и каждый след, сделанный мной, теперь мог оказаться последним....
Амаранта с улыбкой следила за ним — змея наметила себе очередную жертву. На меня она даже не взглянула. Тамлин, как всегда, смотрел безучастно — зверь, лишенный когтей.
Ризанд мигнул мне, подав молчаливый приказ стоять в пределах досягаемости. Я повиновалась и подошла к краю толпы. Встав, я посмотрела на Тамлина, ожидая, когда он взглянет на меня. Просто взглянет. Но он целиком сосредоточился на Амаранте и на рыдающем фэйце. Я поняла намек.
Амаранта смотрела на приближающегося к помосту Ризанда. Ее пальцы по привычке теребили перстень.
— Это ничтожество со Двора лета, — пояснила Амаранта. — Пытался выбраться через проход в пещеру, выводящую к землям Двора весны. Я желаю знать, с какой целью.
Невдалеке от меня стоял высокий, красивый фэец. Его волосы были почти белыми, глаза — пронзительно-синими, а кожа — сочного оттенка красного дерева. Он стоял, плотно сжав губы, глядя то на Ризанда, то на Амаранту. Верховный правитель Двора лета. Я видела его и раньше, в день своего первого задания.
Ризанд засунул руки в карманы и неспешно подошел к пойманному беглецу.
Фэец со Двора лета весь сжался, его лицо блестело от слез, под ногами расплывалась лужица. Чувствовалось, он смертельно боится Ризанда. Мне стало не по себе. Такое вполне могло случиться и со мной.
— П-пощади, — хрипло взмолился он.
Зрители замерли.
Ризанд стоял ко мне спиной. Стоял спокойно, даже небрежно, словно разглядывал что-то интересное. Виновный перестал дрожать. Я сразу поняла: невидимые когти Ризанда проникли в его разум.
Верховный правитель Двора лета тоже замер. Его удивительные синие глаза захлестнула неподдельная боль. Я уловила его страх. Помнится, Двор лета был одним из дворов, взбунтовавшихся против Амаранты. Прежнего верховного правителя она казнила.
Тишина длилась недолго.
— Он действительно хотел сбежать, — глядя на Амаранту, сказал Ризанд. — Сначала в пределы Двора весны, оттуда к Стене и дальше, к людям. Сообщников у него не было. Причина, толкнувшая на побег, — его жалкая, трусливая природа. Сама видишь, насколько он трусит.
Кивком подбородка Ризанд указал на лужу мочи.
