Автор
Темнота царила в доме, лишь далекие громы слышались как угрожающий шепот. Ледяной ветер с моря завывал, проникая через щели и выбоины стены особняка. Странный незнакомец скользнул по стенам, прыгая с крыши на крышу, прежде чем оставить за собой только тихий стук воды и редкие вибрации в полустрахе приходящей ночи....
Конечно, Селена достойна говорить лишь с Мортом. Знай, девочка, свое место.
— Она сегодня появится?
— Нет. За те месяцы, что она тебе помогала, она почти сожгла себя.
Морт говорил так, будто речь шла о чем-то известном Селене.
— Она… ушла? Навсегда?
— Пока не восстановит силы.
Селена встала со скрещенными руками. Она дышала очень-очень медленно. Ей нужно было успокоиться.
Внешне гробница не изменилась. Посредине все так же стояли два каменных саркофага. В одном покоился прах Гавина — супруга Элианы, первого адарланского короля.
"Эти же слова были высечены на саркофаге Брэннона — отца Элианы, первого короля Террасена (он принадлежал к народу фэ).
Селена в очередной раз удивилась странному убранству гробницы, на полу которой были вырезаны звезды, а потолок украшали изображения цветов и деревьев. Стены были покрыты «знаками Вэрда» — древними символами, чья магическая сила сохранялась до сих пор. Секрет этой силы хранила семья Нехемии. Отчасти секрет был известен и Кэйну. Если же ею владел и король, если и он был способен вызывать из других миров чудовищ, подобных риддераку, тогда Эрилее грозили нескончаемые беды.
— Но Элиана оставила тебе послание. На случай, если ты соизволишь здесь появиться.
Селене показалось, что она стоит перед замершей волной, готовой в любое мгновение обрушиться на нее. Волна подождет. Послание подождет. Подождет и ноша, возложенная на плечи Селены. А сейчас она немного насладится свободой. Селена направилась в дальний угол гробницы, где высились груды золота и драгоценных камней и стояли сундуки, ломящиеся от сокровищ.
Она прошла мимо доспехов и Дамариса — легендарного меча Гавина. Рукоятка меча была сделана из золота и серебра и почти не имела украшений, если не считать глаза, вделанного в торец. Но самоцвета, олицетворявшего глаз, не было. Золотая глазница пустовала. Селена помнила древнюю легенду: когда Гавин держал в руке Дамарис, он видел только правду, потому и был коронованным королем. Легенда всегда казалась Селене странной, если не сказать — глупой.
