Сэр Ганнибал Тревик — знаменитый историк из Санкт-Эвалдса, до того богат и могуществен, что владел поместьем и особняком. Однако приходящий в упадок семейство вынужден было продать имение, а он теперь живет скромно, но с достоинством в просторном доме на окраине Корнуолла. Но его проникновенные рассказы о королевской семье необычайной важности привлекают к нему внимание, открывая новую страницу в его жизни....
И я видел, как этот молодой человек, — тут он снова указал на Моргана Боуринга, — зажигал спичку одну за другой и бросал их на ковер. Почти вся комната уже была в пламени. Тогда я выбил окно, заскочил в гостиную и отобрал у него спички. Видимо, поэтому он неустанно повторяет: «Полуин со спичками». Потом я поднял тревогу.
— Тревогу поднял Морган! — воскликнула Дженни, отшатнувшись от Иосии.
Тот молнией повернулся в ее сторону:
— Он побежал наверх предупредить вас, — сказал он тихо, но в голосе его слышались и угроза, и презрение.
— Да, это так, — подтвердила полная кухарка Боу-рингов. — Мистер Полуин вбежал на кухню, крича, что в гостиной пожар. Мы все туда бросились, но было уже поздно.
— Джейн Трабби, — негодующе спросила миссис Крент, — я рассчитала вас почти месяц назад. Что вы делаете в этом доме без моего ведома, когда должны быть с мужем?
— Мы пришли сюда вместе… — уважительно ответила бывшая служанка, указывая на немолодого мужчину с бегающими глазками, но тут ее слова были прерваны ужасным грохотом — это обрушился верхний этаж здания.
Иосия скользнул назад в толпу и принялся помогать передавать ведра с водой. Мария бросилась было следом за ним, но Форд поймал ее за локоть и усадил на спасенный из огня диван.
— Кто такие мистер и миссис Трабби? — спросил он и, не дожидаясь ответа ошеломленной женщины, тут же задал следующий вопрос. — Это те самые слуги-свидетели, которые подписали новое завещание?
— Да! — подтвердила госпожа Крент.
Юрист на несколько секунд глубоко задумался, а потом проворчал себе под нос:
— Что ж, отличные свидетели у господина Полуина. Похоже, завещание и впрямь подделка.
А потом, пробежав взглядом по толпе зевак и рабочих, пытающихся тушить пожар, он неожиданно заметил Энн Стреттон. Выглядела девушка бледной и больной. Рядом с ней стоял хмурый Ральф Пенриф. Заметив Освальда, он вежливо кивнул молодому адвокату.
— И вы здесь, господин Форд? — вместо того, чтобы поздороваться, поинтересовалась Энн, подойдя к молодому человеку.
— Боюсь, нет, по крайней мере, до прибытия бригады пожарных из Санкт-Эвалдса, — заметил удивленный
Форд. — Однако простите меня, мисс Стреттон, я думал, вы в Санкт-Эвалдсе.
— Я приехала в особняк Пенриф на ужин и осталась ночевать по приглашению госпожи Пенриф, — объяснила художница. — Потом мы увидели зарево, и я решила, что, быть может, смогу чем-то помочь.
