Сэр Ганнибал Тревик — знаменитый историк из Санкт-Эвалдса, до того богат и могуществен, что владел поместьем и особняком. Однако приходящий в упадок семейство вынужден было продать имение, а он теперь живет скромно, но с достоинством в просторном доме на окраине Корнуолла. Но его проникновенные рассказы о королевской семье необычайной важности привлекают к нему внимание, открывая новую страницу в его жизни....
Если это непременное условие для того, чтобы получить наследство, я от него отказываюсь.
— Это не условие, — спокойно ответил мистер Граттон. — Вы в любом случае наследуете имущество. Но мой покойный клиент желал бы, чтобы мисс Тревик вышла замуж за молодого господина Боуринга, — и он посмотрел на Моргана, который неожиданно с интересом уставился на Дерику.
Девушка по-прежнему казалась совершенно равнодушной, словно речь шла вовсе не о ней.
— Что будет, если мисс Тревик откажется от него? — спросила миссис Крент.
— А она непременно откажется, — твердым, ясным голосом добавила Дерика.
— Если так, — Граттон пожал плечами, — ничего не изменится. В любом случае сэр Ганнибал получит наследство.
— А я стану нищим? — спросил Морган, впервые подав голос.
— Нет. Сэр Ганнибал, согласно завещанию, должен выплачивать вам двести фунтов в год, а также любые дополнительные суммы, которые сможет найти уместными.
— Выходит, мой бедный мальчик не получит ни одного пенни! — возопила Мария, вытирая покрасневшие глаза.
Но прежде чем пожилая экономка закончила, вмешался баронет.
— Вы преувеличиваете, — резко объявил он. — Морган будет получать двести фунтов в год и еще столько, сколько будет необходимо, в разумных пределах.
— И это из шестидесяти тысяч в год! — с холодной яростью вспыхнула женщина.
— Однако я думаю, будет лучше, сэр Ганнибал, если вы выполните пожелание покойного и выдадите мисс Тревик замуж за господина Моргана Боуринга, — продолжал адвокат.
— Выйти за него замуж! — взорвалась Дерика, неожиданно вскочив на ноги. — Вы в своем уме, господин Граттон?! Этот человек не приспособлен для семейной жизни.
Однако ответил ей не адвокат, а сам младший Боуринг.
— А если я люблю тебя? — неожиданно пролепетал он.
Дерика побледнела. Было что-то животное в полубезумном взгляде, которым окидывал ее Морган. Дикий взгляд, неуверенные движения, бледное лицо с алыми губами и слабый подбородок — в целом он выглядел отталкивающе, словно болотная змея. И хотя девушка была сильной духом, под взглядом безумца ее природная женская робость вышла на поверхность.
