В этих рунах отражены последние годы кровавых войн и революций. Мы не забываем наших павших героев — они живы в нас, их кровь течет через наши жила. Оглядываясь на прошлое, мы продолжаем любить и ненавидеть как тогда. Автор военного корреспондента Дмитрия Анатольевича Стешина подходит к истории с новой манерой — за последние 15 лет он не пропустил ни одной войны на Западном фронте, в Кавказе и Азии....
А в этот приезд в Сирию повел антиквар меня к себе домой. Я же у него единственный покупатель за последние три года, практически родственник, кормилец! Шли мы долго по узеньким улочкам, где-то боком я протискивался, где-то пригибался, и пришли в один из двориков старого Дамаска. Двор-колодец, в центре – мраморный фонтан с резьбой прихотливой, затейливой. Тридцать котов бродят вокруг. И все разных цветов, в глазах рябит. Сумасшедшая жена с кисой в каждой руке нас встретила благосклонно – муж бизнесом занимается, однако.
– Вы понимаете, что вы очень богатый человек? Ферштеен? Откуда все это?
Говорит, что выкупал иконы у наших дипломатов и строителей.
Богоматерь Тихвинскую я нашел у него в углу, где вся археология свалена.
В общем, роюсь я там, как шахтер в забое, штрек прохожу наклонный, без крепи, наудачу. Пыль вековая стоит столбом, руки по локоть грязные. И вот выскочила мне в руки плакетка. Разобрал, что оклад у нее виноградный, над эмалями посокрушался – казалось мне, что нет там больше эмалей, все скололись.
Дома, на вилле, где мы жили, настрогал я мыла в фарфоровую селедочницу, развел в кипятке, иконку в раствор уложил.
