Люблю людей, беспринципно игнорирующих мнение окружающих. Жизнь — это кайф свободы от обид и недовольств других, когда ты уверен в себе и своих решениях. Вот почему я всегда завидовала тем, кто может жить по своим устоям, не смотря ни на что. Теперь же, словно байкер для графа Дракулы, я стану коротышкой, отчаянно ставящим в тупик тех, кто никогда меня не понял....
Ты у Михи живешь, что ли? С ними или квартирами махнулись?
Отвечать Цепешу не пришлось — позади раздались шаги, сонный зевок, и из-за шкафа выплыла сонная и взлохмаченная Арина. Без былой укладки, с растрепанными волосами, в коротких леггинсах и просторной футболке с мужского плеча, черной, с изображение волков, воющих на луну.
И я б даже, наверное, удивилась такой разительной перемене… Если б так сильно не страдала от похмелья. Впрочем, судя по виду некоторых, птицу «перепил», вчера поймала не я одна.
— Кофе? — выставив передо мной полный стакан сока, с видом заправского бармена осведомился Влад, насмешливо глядя на засыпающую на ходу Арину.
— Нет, спасибо, — слегка поморщившись, отказалась та, взбираясь на соседний со мной стул. И на мгновение уткнулась лбом в сложенные перед собой руки. — Кажется, я сейчас умру.
Дракула, понимающе усмехнувшись, достал с подставки чистый стакан, налил из графина воды и ловко бросил туда две таблетки. «Бульк» получился слишком громким и мы с девушкой синхронно поморщились.
— Риш, — медленно затушивая так и не докуренную сигарету в пепельнице, без особого интереса поинтересовалась я. — Мы вчера много пили?
— Угу, — откликнулась она, сползая на край сидения и пробуя шипящий напиток. Сделала глоток, поморщилась и, отставив стакан, уточнила. — Ты много. Я вроде всего пару бокалов вина выпила… Но самочувствие, как будто пару бутылок.
— Это моя вина, — покаянно подняла руку, прижимая стеклянную холодную емкость с соком к саднящему виску.
— Не страшно, — вздохнула Арина, делая еще глоток, а после повторяя маневр с охлаждением головы. И даже улыбнулась. — Главное, что ты его сделала.
На этом месте Цепеш, колдующий над кофеваркой как-то странно хмыкнул, но комментировать не стал.
— Аха… Риш, а Кощея мы перепили?
— А вот этого я уже не помню…
Печальненько.
А самочувствие так вообще — хреновастенько.
Тьфу ты! Я с этой головной болью скоро начну говорить и пресловутое «гламурненько»!
Ладно, самое главное, что своих мы не бросаем в любом случае…
— Листочек с ручкой есть?
Интересоваться, зачем мне вдруг понадобилась канцелярия, Владислав не стал. Просто выудил из-за стойки ручку и блок самоклеющихся стикеров.
