Автор
В корриде на раздевание главный герой, словно из рекламного ролика, внезапно замечает привычные предметы в новом окружении. Его художественный sensibility и натурализм заставляют нас осознавать обыденную природу даже самых необычных действий. Внутренняя драматургия и внешние события здесь взаимодействуют в ярко изображенной реалистичной атмосфере, где каждая секунда имеет значение....
– Да, была когда-то дружба, потом, вследствие многочисленных гадостей со стороны Сергея и моей излишне резкой реакции на них, произошел полный разрыв отношений. Сейчас вместо них – пепелище! Понимаете? Не дымящий кратер вулкана. Не угли! Не жар, который может в любой момент наружу вырваться. Не один год с той поры просвистел. Мы были молодые, нетерпеливые, страсти кипели, хотели, ну, как в Интернационале: «Мы наш, мы новый мир построим…» Старую науку псу под хвост, придумаем свою. Смешно вспоминать. И в личных отношениях дров наломали.
– Смерть Вари трудно считать мелочью, – возразила я.
– Да, – опомнился Семипалатин, – но я ее почти не знал, видел мельком в институте. С Афанасием никаких отношений не имел, помнил его ребенком. Мы соседствуем участками.
– А где тело Варвары? – спросила я и посмотрела на Кирпичникова.
Глава 35
– Что будем делать? – спросил Костин. – Семипалатин и Штильман правы, у них нет мотива. Мы накопали кучу грязи. Узнали, что Афанасий убил Варвару и его сослали в лесную школу «Розовая Луна».
– А в каком надо? – мрачно спросил Фил. – Лампа, почему ты молчишь?
– Мне что-то не нравится, – пробормотала я.
– Правда? – засмеялся Костин. – Мне все не по вкусу.
Я встала и начала ходить по кабинету.
– Надо послушать запись нашей беседы. Хорошо помню, что кто-то произнес фразу, которая меня насторожила, показалась неправильной… Что-то царапнуло.
