Автор
В корриде на раздевание главный герой, словно из рекламного ролика, внезапно замечает привычные предметы в новом окружении. Его художественный sensibility и натурализм заставляют нас осознавать обыденную природу даже самых необычных действий. Внутренняя драматургия и внешние события здесь взаимодействуют в ярко изображенной реалистичной атмосфере, где каждая секунда имеет значение....
И в ней описаны события, которые происходили в восемьсот пятьдесят втором году и ранее. А татаро-монгольское иго на Руси установилось примерно в тысяча двести тридцать седьмом. Надеюсь, теперь вы понимаете, почему следующее задание, составить доклад про еду доисторического ребенка, меня не обрадовало. Поэтому, малодушно бросив:
– Кисуля, ты же знаешь, что он ел? Вроде Макс пришел, он голодный, – я живо удрала на кухню.
Но сейчас муж поужинал, и от чтения сказки «Гуси-лебеди» мне не отвертеться.
Глава 6
Сев в детской в кресло, я взяла два листочка, которые мне протянула Киса.
– Ты же знаешь сказку про Колобка?
– Да, она для совсем маленьких. Но эту я не читала, – призналась девочка, которая уже лежала в постели. – Нам училка ее перед концом урока раздала. Там сначала идет текст, потом вопросы. Произведение не русское народное. Современное писательское.
– Начнем, пожалуй, – вздохнула я. – В одном лесу жили-были дед со старухой. У самого синего моря. Бабка противная до жути. Дед добрый, но глупый.
Я остановилась.
– Ну, ну, дальше, – поторопила девочка.
– Жена постоянно шпыняла мужа, – продолжала я, – то шубу ей купи, то сумку Шанель, то «Мерседес».
– И откуда у простого пенсионера деньги? – озадачилась Кисуля. – У нас в гардеробе работает тетя Люся, она всегда ворчит: «Государство две копейки платит, а четыре за коммуналку требует. Вот и приходится тут пахать. Чтоб вам, дети, ноги переломали за то, что без сменки приходите».
Я выронила листки. Завтра точно надо посетить школу. Кисуля впервые рассказала про «добрую» техничку.
– Читай, читай, – попросила девочка.
Я вернулась к сказке.
– «Пришел старик на берег колодца. Забросил ведро, вытащил Колобка. Да уж такой он весь справный, румяный, красивый, пригожий. На голове фуражка с пряжкой, на ногах сапоги».
Я вздрогнула и еще раз, теперь уже про себя, повторила последнюю фразу. Ума не приложу, где у Колобка ноги?
– Лампа, ты спишь? – донеслось из кровати.
Я опомнилась.
– Нет. «Говорит Колобок: „Дед, чем тебе помочь?“ Отвечает дед: „Избавь меня от старухи.
Учитывая ноги хлебобулочного изделия, руки меня уже не поразили. Ну вот такой шар из теста с головой и всеми лапами.
– Лампуша, – зевнула Киса, – почему ты все время замираешь?
– Думаю над текстом, – честно ответила я.
