На фоне угрюмого моря и далеких маяков лежит затоптанный корабль — место для размышлений о судьбе, где лишь слышно шепот волн и собственный глухой вздох. Ветер приносит волны неизвестности: все или ничего? Здесь ты будешь свидетелем загадочных событий и решением сложных вопросов — так начинается таинственная история "Корсара"....
Благодаря скверу, я и выбрал эту гостиницу. Дальней стороной он упирался в небольшую, я бы сказал, опрятную, церковь. Как раз, когда я подходил к ней, оттуда начали выходить прихожане. Игривый взгляд из-под белого чепца одной юной прихожанки показался мне интересным. Шла она рядом с матерью — тридцатипятилетней дамой в черном, которой этот цвет явно был к бледному строгому лицу и выглядел как-то не слишком траурно.
— Кто это такие? — спросил я следовавшего метрах в десяти позади них виноторговца, который поставлял мне французское и испанское вино.
— Вдова Сара Грей с дочерью Алисой, — ответил он.
— Очень достойная женщина, — вмешалась в наш разговор его жена — улыбчивая толстушка, которая во время каждого моего визита считала нужным дать мне пару десятков жизненных советов и рассказать что-нибудь о виноторговце с соседней улицы, подонке и подлеце. Она, видимо, решила, что меня заинтересовала мать. Да и разве положено иностранцу интересоваться молоденькими девушками?! — Десять лет живет без мужа, а ничего предосудительного о ней никто и слова не скажет.
— Я вам верю! — перебил ее, потому что говорить будет долго, и пошел сперва в сторону церкви, чтобы избавиться от этой супружеской пары, а потом в обратную сторону, за вдовой с дочкой.
Они жили в узком двухэтажном домике. Район этот не для тех, кто зарабатывает переписыванием. Видимо, домик остался после мужа, а переезжать вдова не хочет, чтобы не выпасть из своего социального круга.
— У меня работа для миссис Грей, — сказал я и, чтобы объяснить деловой визит в выходной день, сообщил: — До завтра не могу ждать, уеду вечером по делу, а к возвращению документы должны быть готовы.
Мисси Грей приняла меня в маленькой проходной комнате на втором этаже, из которой вели двери в еще две комнаты. В проходной стояли небольшой прямоугольный стол, четыре стула и этажерка с безделушками из гипса и двумя морскими раковинами.
— Что вам надо переписать? — спросила она, сев на стул за столом и показав мне на другой напротив.
— Пока ничего, — ответил я. — Сказал так потому, что не хочу, чтобы служанка знала истинную цель моего визита.
