В забытом мире кошачьей власти: бывшая человеческая девушка теперь шершавым язычком владеет парнем и живёт в теле мурлыки. Страсть охватывает сначала, а затем приковывает к этому необъятному мирозданию, где звериные таланты и человеческие мечты встречаются самым потрясающим образом....
Торт же оказался невероятно вкусным, и я даже не заметила, как перешла на поедание порции, которую собиралась отнести Нэнси. Да и вино отлично шло под атмосферу сладкой скорби. Хотя по чему тут скорбеть? Меньше оборотней в моей жизни – меньше проблем.
Я вырвала последнюю страницу, ту самую, где была надпись «прости». Оставшуюся голую обложку я без труда закинула в огонь, а вот на листе с извинениями сильно задержалась. За что всё же этот кот просил прощения? Неужели он, правда, виноват в тех страшных превращениях, что отравляют сейчас бедных стражей ордена?
— Что это ты тут делаешь? – раздался голос прямо у меня над ухом, и я натурально вскрикнула! При этом неловко подпрыгивая и быстро сминая злосчастный лист бумаги.
— Эдвард! – почти рыкнула, жутко хмурясь.
— Прости, я не хотел напугать тебя, – герцог тепло улыбнулся, опуская взгляд на ботинки, которые окатило вином.
Эдвард взглянул на тарелку с недоеденным тортом, а потом обвел взглядом всё вокруг. Но Яна не глупая. Яна и правда создала видимость, что на кухне вовсю идет уборка. А то мало ли всякие Роны решат проверить. Так что у меня кое-где было оставлено ведро с тряпкой, где-то валялась швабра, а в раковине посуда стояла по принципу «Мы отмокаем, чтобы было легче мыть. Нет, нет, о нас не забыли. Всё под контролем».
— Ну… да, – неуверенно ответила я, аккуратно убирая смятый кусок бумаги в карман платья. – Всем нужен отдых. Это ведь не запрещено…
Хотя вряд ли каждая служанка в особняке позволяет себе пить барское вино и наслаждаться шоколадным тортиком. Благо у меня были особые права. Так что Эдвард спрашивал всё это с явной шуткой. Но испуг меньше не становился...
— Не запрещено. Тебе – уж точно, – герцог подошёл ближе, заглядывая в огонь. – А что за книжку ты сжигала?
— Да так, всякие залежавшиеся рецепты, которые уже не нужны нашему повару.
— Правда? – Эдвард сделал шаг ко мне, почти нависая сверху, будто я мышка, которую он хотел бы загнать в угол. – А что там за бумажка?
Он говорил всё это с игривыми нотками в голосе, даже не представляя, как я сейчас волнуюсь! Вряд ли он раскроет меня по одному листику с каракулями, но всё же сердце в пятки ушло, и там собиралось застрелиться!
— Случайно нашла интересный рецепт пирожков с черникой.
