Сверкающая ночная лестница и безжизненно бледное лицо женщины, прятавшейся у верха. Хайд, взбешенный страхом, толкает ее вниз, требуя прикрыться — словно предупреждая о близкой опасности. Внутренний трепет и нервозность окружающей атмосферы усиливается от каждого слова Хаidea, окутывая страстью и неопределенностью....
Глаза раскрылись еще шире, потом человек посмотрел на окровавленное лицо Ребуса и еще приоткрыл дверь. Парень был здоровый, средних лет, удивительно лысый для своего возраста. Словно в утешение, под носом у него красовались пышные усы. Ребус вспомнил, как Трейси описывала ему одного из ее преследователей. Этот вполне подходил.
— Нам нужна помощь, — сказал Ребус. — Пойдемте.
Мужчина помолчал, обдумывая ситуацию. Ребусу показалось, что тот собирается снова закрыть дверь, и он уже весь напружинился, но здоровяк перешагнул через порог и прошел мимо Ребуса, который похлопал его по спине.
Дверь осталась открыта. Ребус вошел, нащупал ключ и повернул его. Вверху и внизу были еще и задвижки. Он задвинул верхнюю. Никого не впускать, подумал он, никого не выпускать. После этого, и только после этого, он огляделся. Он стоял на верхней площадке узкого лестничного пролета. Бетонные, ничем не покрытые ступеньки. Наверное, Полетт была права и пристройка действительно не закончена? Однако эта лестница едва ли замышлялась как часть клуба: слишком узкая, похожая на потайную.
Он насчитал двадцать ступенек и прикинул, что находится ниже уровня полуподвала, примерно на глубине подвала или даже ниже. Возможно, городские власти все же ограничили Финли Эндрюса? И, не имея возможности строить вверх, он стал строить вниз. Дверь внизу лестницы также казалась очень прочной.
Полная темнота. Ребус вошел в дверь. С верхней площадки сюда доходило слабое подобие света, и он попытался разглядеть что-нибудь вокруг. И ничего не разглядел. Помещение, куда он попал, напоминало складское. Большое пустое пространство. А затем зажегся свет, четыре ряда ламп на высоком потолке.
Диджей оказался прав.
Кэлуму Маккэлуму нужны были друзья, любой ценой. Он рассказал Ребусу все о дошедших до него слухах, слухах о клубе в клубе, где пресыщенные и денежные посетители могли делать некие «интересные ставки». Что-то не совсем обычное, сказал Маккэлум.
