Сверкающая ночная лестница и безжизненно бледное лицо женщины, прятавшейся у верха. Хайд, взбешенный страхом, толкает ее вниз, требуя прикрыться — словно предупреждая о близкой опасности. Внутренний трепет и нервозность окружающей атмосферы усиливается от каждого слова Хаidea, окутывая страстью и неопределенностью....
Он кивнул сам себе, уверенный, что знает ответ на следующий вопрос.
— Использование его смертельно?
Но ответ оказался полной неожиданностью.
— Вовсе нет. То есть по сравнению с тем, что бывает, он практически чист. Чуть-чуть влажноватый, но это обычное дело.
— Значит, его можно колоть?
— Думаю, эффект был бы прекрасный.
— Ну что ж… Большое спасибо.
Ребус нажал на кнопку отбоя. Вот тебе на. А ведь он ни минуты не сомневался… Он достал из кармана записную книжку, нашел нужный номер, быстро набрал его и только тут подумал о кофе.
— Инспектор Ребус просит доктора Эндфилда. — Довольно скоро Эндфилд взял трубку. — Доктор? Спасибо, ничего. А вы? Рад слышать. Послушайте, у вас есть что-нибудь по вчерашнему делу? По наркоману из Пилмьюира? Конечно, я подожду.
Пилмьюир. Что говорил Тони Маккол? Вспоминал, какое славное, безобидное местечко было там когда-то. Но что пройдет, то будет мило. Память сглаживает острые углы. Это Ребус знал, как никто другой.
— Да-да? — сказал он в трубку.
На другом конце провода послышался шелест, потом бесстрастный голос Эндфилда:
— На теле множественные кровоподтеки.
— Героин? — поторопил Ребус.
— М-мм… Героина во введенном веществе не больше пяти процентов.
Ребус вскочил на ноги.
— Что же это было такое?
— Мы выясняем, инспектор. От растворимого аспирина до крысиного яда, причем последнее вероятнее всего.
— Вы хотите сказать, что порошок представлял собой чистую отраву?
— Вне всяких сомнений.
Ребуса передернуло. Неужели кто-то в городе задался целью истребить наркоманов? Но тогда — зачем пакетик с чистым порошком? Полный бред.
— Спасибо, доктор Эндфилд.
Он опустил трубку на подлокотник кресла. По крайней мере в одном Трейси не ошибалась: они убили Ронни, кто бы они ни были. И Ронни знал это, понял, как только ввел себе раствор… Или?.
* * *Значит, здесь рос Тони Маккол. Потом он уехал из Пилмьюира и купил себе дом под умопомрачительный кредит. Впрочем, дом был прелестный. Во всяком случае, так утверждала его жена. Она не переставала твердить ему об этом, не понимая, почему он проводит в семье так мало времени.
