Сверкающая ночная лестница и безжизненно бледное лицо женщины, прятавшейся у верха. Хайд, взбешенный страхом, толкает ее вниз, требуя прикрыться — словно предупреждая о близкой опасности. Внутренний трепет и нервозность окружающей атмосферы усиливается от каждого слова Хаidea, окутывая страстью и неопределенностью....
Холмс чувствовал, что Хаттон вот-вот раскусит его примитивную игру, но тщеславие победило. Фотограф прислонился к столу, сложил руки, закинул ногу на ногу.
— Как он выглядел, этот Ронни?
— Довольно высокий, короткие темные волосы. Он делал фотоэтюды — знаете, Замок, Колтон-хилл…
— А вы сами не фотограф, инспектор?
— Пока только констебль. — Холмс улыбнулся ошибке Хаттона, но спохватился: не собирается ли он поймать его на ту же удочку? — И никогда не фотографировал сам, только как любитель.
— Сахар? — Кристина выглянула из-за двери и опять состроила глазки Холмсу.
— Нет, спасибо. Только молоко.
— А мне капни виски, — велел Хаттон. — Прелестная девочка, — подмигнул он в сторону закрывшейся двери. — Да, что-то это мне напоминает. Ронни… Фотографии Замка… Да-да, в самом деле, заходил один паренек, жутко настырный… Он готовил серию снимков, хотел предложиться в журналы. Очень упорный молодой человек. Требовал, чтобы я смотрел его работу… — Хаттон развел руками.
— И вы не посмотрели то, что он приносил?
— Нет, не было времени, я же говорю. Через месяц он отвязался от меня.
— А как давно это было?
— Несколько месяцев назад. Три, четыре.
Секретарша вошла с двумя чашками. Из чашки Хаттона пахло виски, и Холмсу стало немного завидно. Впрочем, разговор складывался довольно удачно, и вполне можно было уже сворачивать на боковую дорожку.
— Спасибо, Кристина.
Польщенная обращением по имени, она села и достала сигарету. Он хотел предложить ей огня, но передумал.
— Я рад был бы вам помочь, — извинился Хаттон, — но…
— Вы занятой человек, — кивнул Холмс. — Я очень благодарен вам, что уделили мне несколько минут. Честно говоря, я выяснил почти все, что хотел.
Набрав в рот кофе, он обжегся так, что не знал, что делать дальше. Выплюнуть его обратно в чашку было невозможно, и Холмс сделал мучительный глоток.
— Хорошо. — Хаттон отошел от стола.
— Да, — попросил Холмс, — из чистого любопытства… Вы не позволили бы мне взглянуть на вашу студию? Я, кажется, никогда еще не был у профессионального фотографа.
Хаттон посмотрел на Кристину, которая спрятала улыбку за пальцами с сигаретой.
— Разумеется, — ответил он. — Проходите.
* * *Комната была большая, но в целом, за исключением одной существенной детали, выглядела так, как и ожидал Холмс.
