Сверкающая ночная лестница и безжизненно бледное лицо женщины, прятавшейся у верха. Хайд, взбешенный страхом, толкает ее вниз, требуя прикрыться — словно предупреждая о близкой опасности. Внутренний трепет и нервозность окружающей атмосферы усиливается от каждого слова Хаidea, окутывая страстью и неопределенностью....
И в каком смысле поймали?
— Он шел на автопилоте и явно побитый.
— Он сказал вам, откуда?
— Нет, но я сам догадался. Торговал собой на Колтон-хилле.
— Да, мне уже намекали, что он этим промышлял.
— Не он первый. Быстрые деньги для тех, кому стало все равно, где их брать.
— А ему было все равно?
— Раньше нет. Но иногда он… Может быть, я и в самом деле не знал его так хорошо, как мне казалось.
— И вы стали приходить к нему?
— В тот вечер пришлось провожать его до дома, а на следующий день я снова зашел. Он страшно удивился, потому что ничего не помнил.
— Вы не пытались помочь брату соскочить с иглы?
Нил помолчал. Дверь снова проскрипела на ржавых петлях.
— Сначала пытался, — сказал он наконец. — Но казалось, он держится в рамках. Я знаю, глупо было в это верить после того, в каком состоянии я его видел в первый вечер, но в конце концов таков был его выбор, и он все время повторял мне это.
— А как он оценил то, что его брат стал полицейским?"
"— Хихикал. Впрочем, я никогда не приходил сюда в форме.
— До сегодняшнего дня.
— Да. Я и был-то всего несколько раз. Мы всегда сидели в этой комнате. Он не хотел, чтобы меня видели другие обитатели дома, боялся, что они почуют легавый дух.
Теперь улыбнулся Ребус.
— Вы не пытались проследить за Трейси?
— Трейси? Кто это?
— Подружка Ронни. Вчера вечером она пришла ко мне домой. Сказала, что ее кто-то преследует.
Нил покачал головой.
— Не я.
— Но ведь вы были у моего дома вчера вечером?
— Был.
— И приходили сюда в тот вечер, когда Ронни умер?
Вопрос прозвучал слишком прямолинейно, но иначе не получалось.
— Да, я заходил.
— Вы потеряли вот это.
Ребус показал зажим. Нил не мог как следует рассмотреть его в слабом свете фонарика, но сразу понял, о чем идет речь.
— Черт, моя прищепка от галстука! Я искал ее. Она сломалась в тот день, и я положил галстук в карман.
Ребус снова убрал зажим в карман, Нил понимающе кивнул.
— Зачем вы ездите за мной?
— Я хотел поговорить с вами, но не мог набраться смелости.
— Вы не хотели, чтобы родители узнали о смерти Ронни?
— Да. Сначала я надеялся, что вы не установите его личность, но вам это удалось. Не знаю, что будет с родителями. В худшем случае они обрадуются, потому что окажется, что они были правы, когда вычеркнули его из своей жизни.
— А в лучшем случае?
— В лучшем? — Нил попытался всмотреться Ребусу в глаза. — Лучшего нет.
— Вероятно.
