Сверкающая ночная лестница и безжизненно бледное лицо женщины, прятавшейся у верха. Хайд, взбешенный страхом, толкает ее вниз, требуя прикрыться — словно предупреждая о близкой опасности. Внутренний трепет и нервозность окружающей атмосферы усиливается от каждого слова Хаidea, окутывая страстью и неопределенностью....
Это та девушка, что снята обнаженной на фотографии, которую я видела вчера вечером в пабе, в кейсе у Брайана. Вы ведь тоже были там, правда? Не заметить было трудно, паб был почти пустой. Где Брайан? Опять добывает для вас порнографию, инспектор?»
«Вот язва», — подумал Ребус и улыбнулся. Читая записку в первый раз, он тоже улыбался: несмотря на черные синяки под глазами, Нелл ему нравилась, напоминала Джилл.
Что же за девка эта Трейси? За ней, как за улиткой, тянулся мерцающий след… След хаоса. Случайность, нервный срыв или ей действительно зачем-то нужно было попасть в университетскую библиотеку? Ребус снова остановился и прислонился к стене.
Дверь палаты распахнулась, показался Брайан Холмс, и Ребус подтянулся. Холмс двинулся сначала в другую сторону, но, заметив шефа, быстрым шагом повернул к нему. Ребус до сих пор еще не разобрался, был ли Холмс ценным кадром — или юнцом, за которого он в ответе.
— Как она?
— Кажется, ничего. Она не спала. На лицо, конечно, страшно смотреть.
— Обыкновенные синяки. Врач уверяет, что вообще ничего не будет заметно.
— Да, Нелл сказала.
— Она уже говорит? Это очень хорошо.
— Она сказала также, кто это сделал.
Холмс посмотрел на Ребуса. Тот отвернулся.
— Что все это значит? Какое отношение имеет к этому Нелл?
— Насколько мне известно, никакого.
"— Совпадение? Чудесное слово. Спишем все на совпадение и не будем ломать голову! Не знаю, какую игру вы ведете, Ребус, но я в ней больше не участвую.
Холмс повернулся и пошел по коридору обратно. Ребус хотел крикнуть, что в том конце нет выхода, но советы Холмсу были не нужны. Ему нужна была пауза, передышка. Как и Ребусу. Но Ребусу нужно было еще и подумать, а для этого больше всего подходил его рабочий кабинет.
* * *Осторожно переставляя ноги, Ребус вскарабкался вверх по лестнице. Он просидел за столом минут десять, пока горячее желание выпить чаю не заставило его снять телефонную трубку. Потом он откинулся назад, положив перед собой листок, на котором набросал «факты» своего «дела». Неужели он напрасно тратит силы и время? Он понимал, что имеющихся у него сейчас на руках данных маловато: едва ли какой-нибудь суд усмотрит в произошедшем состав преступления.
