Сверкающая ночная лестница и безжизненно бледное лицо женщины, прятавшейся у верха. Хайд, взбешенный страхом, толкает ее вниз, требуя прикрыться — словно предупреждая о близкой опасности. Внутренний трепет и нервозность окружающей атмосферы усиливается от каждого слова Хаidea, окутывая страстью и неопределенностью....
Он снова повернулся к двери. Терпение Ребуса лопнуло.
— Ну так кто же?
— Диск-жокей, Кэлум Маккэлум.
Несколько секунд Ребус тупо смотрел на дверь, закрывшуюся за Тоддом, пока до него не дошло, о ком речь. Кэлум Маккэлум! Любовник Джилл Темплер!
Ребус издал странный звук — нечто среднее между хохотом и победным кличем.
Отсмеявшись, он достал из кармана носовой платок, стал вытирать глаза, снова посмотрел на дверь — и она снова открылась. На пороге с озадаченным выражением лица стояла именно она: Джилл Темплер.
Ребус посмотрел на часы.
— Ты работаешь в ночь, Джилл? — спросил он, чтобы скрыть смущение.
— Ты, наверное, уже знаешь. — Она не пожелала услышать его вопрос.
— О чем?
Она вошла в кабинет, сбросила бумаги со стула на пол и устало села. Ребус поглядел на разлетевшиеся по полу листы.
— Утром уборщица подберет, — произнес он. — Да, я слышал.
— По этому поводу ты так веселился?
Ребус сделал вид, что не понимает, о чем речь, но это удалось ему только отчасти.
— Нет, конечно.
— Ты же не умеешь мне врать, Ребус.
Голос у нее был измученный. Ему хотелось утешить ее, сказать, что она прекрасно выглядит… Но он промолчал, зная, что соврать ей действительно не сумеет. С осунувшимся от бессонницы и потемневшим лицом она выглядела просто ужасно. Ее любовь заперли в тюремную камеру где-то в Файфе. Ее любовь теперь сфотографируют, снимут с нее отпечатки пальцев, запротоколируют.
Ее любовь — Кэлума Маккэлума.
Сколько неожиданностей таит в себе жизнь.
— Чем я могу тебе помочь?
Она подняла на него глаза, словно не понимая, кто он такой и где она находится. Потом передернула плечами."
"— Это звучит глупо, но я действительно зашла случайно. Заглянула в буфет, прежде чем ехать домой, и услышала…
Она снова вздрогнула, и Ребус увидел, что она на грани срыва. Ему показалось, что она готова упасть в обморок.
— Узнала про Кэлума. Я просто не понимаю, как он мог… скрывать от меня такое хобби. Стравливать несчастных собак…
— Думаю, что правильнее будет спросить об этом у него, Джилл.
— Нет, что ты. Я и так не представляю себе, как засну. Я бы попросила тебя о другом, если можно.
— Слушаю тебя.
— Отвези меня домой…
Ребус уже собирался кивнуть…
— …и еще обними меня.
Ребус медленно поднялся из-за стола, положил в карман ручку и листок бумаги. Она встала со стула и ждала его на середине комнаты. Пройдя по непрочитанным отчетам и неподписанным документам, он крепко обнял ее.
