Автор
В бледных глазах женщины плескалась безумная ярость, каждый уголок ее лица проникнут коварством и презрением. Повисшие в воздухе тени и мелодия музыкальной шкатулки создавали нереальный мир безумных снов, где зловещая атмосфера с каждым дыханием усиливалась.
Алиса – следующая. Удары в живот – и она заваливается на бок с широко открытыми глазами.
Джесс действует как робот.
– Я тебя ненавижу, – говорит Брент, держась за рану в боку. Кровь сочится сквозь пальцы.
Он пытается отобрать нож, но Джесс не дает этого сделать.
– Зачем ты был со мной? – в отчаянии спрашивает она.
– Проспорил! – кидает он резкую фразу.
И получает ножом в живот.
Последнее, что видит Джесс, – его переполненные ненавистью глаза.
Он никогда ее не любил.
* * *Джесс пришла в себя все в том же зловещем месте, понимая, что плачет – все ее лицо залито слезами.
Лишь двойник в форме черлидера молчала. Она улыбалась, глядя на Джесс. Радовалась.
– Наконец-то правда восторжествовала. Ты подсмотрела последний фрагмент забытых воспоминаний? Как тебе?
Джесс молчала, потрясенная и потерянная. Ей было больно. Безумно больно.
Это она… убила Алису и Брента. Она, черт подери! Она!
Нет.
Она не убийца.
Она бывает плохой девочкой.
Она не чудовище.
Она такая же, как и все люди, со своими достоинствами и недостатками.
– Тише-тише, – приложила палец к губам с размазанной темной помадой не-Джессика. И копии замолчали, но каждая из них жадно следила за заплаканной несчастной Джесс.
Они перестали быть отражениями.
Вой затих. Наступила тишина.
– Ну как?
– Это… неправда."
"– Это правда, которую ты скрывала сама от себя. И даже твоя мама знает эту правду. Ну-ка, скажи. Что ты можешь принять, малышка? – спросила не-Джессика. – Что ты сумасшедшая? Или что ты убийца?
И она захохотала.
Громко, искристо, со злой радостью.
Все отражения моментально повернулись к Джесс лицом, оскалились в улыбке, как по команде, и заговорили хором:
– Ты убила Брента. Ты убила Брента. Убийца.
– Нет! Нет! Нет! – кричала Джесс, зажимая уши, и когда этот дьявольский хор стал совсем невыносимым…
…проснулась.
Было позднее утро. Солнце заливало комнату золотым светом. Ничего подозрительного и страшного не было. Все как и всегда.
Только вот на душе было грязно и мерзко. Сердце билось так, будто собиралось вот-вот поломаться из-за скорости.
И щека болела – так, будто по ней ударили.
Джесс подняла руку и уставилась на нее со страхом и недоверием.
