— Дамирушка, я вот, о чём подумала, — кофемашина начала выдавать наполеоновские планы голосочком кроткой овечки, а затем и вовсе тон приглушила, голову понурила, сыграла стеснение: — Кадет Вишневская вернётся с практики за три дня до моего дня рождения. И я очень переживаю, что ты совсем обо мне позабудешь. Не подготовишь ни цветов, ни подарков, ни полагающейся по таким случаям вечеринки с шариками и закусками.
По мордахе потекли электронные слёзы. Огромные такие, ярко–голубые. И, так как на металлическом пузике экрана не было, мадемуазель Маруся зажигала по очереди голубые лампочки, вроде как рыдает ну настолько сильно, что гигантские слёзы не успевают просыхать. Надеюсь, не додумается пролить кипятка на пол, чтобы сымитировать океан скорби.
Именно в этот момент Таня и адмирал Традониадаль перешли от светских любезностей к нормальному разговору и мне стоило сосредоточиться на прослушке, а не быть утешением маленькой, идеально имитирующей вселенское горе кофемашине.
Но их разговор! Я едва не расхохотался!
— Не буду ходить вокруг да около, у тебя через месяц день рождения, — тоном доброго дядюшки говорил Тане шеф. — И я решил для разнообразия смешать личное и рабочее: предлагаю тебе полететь бортовым врачом на Амирак. По окончании практики группу необходимо обследовать, подлечить, протестировать. В общем, стандартная процедура после работы на карантинной планете. Подумай хорошенько, так как ты пропускаешь празднование своего первого юбилея в кругу друзей и семьи, но…
— Я согласна! — быстро проговорила Таня. — Я полечу. И это отличный, просто замечательный подарок!
— Вот и хорошо. Твоя задача в ближайшее время познакомить Крауфа с Анжелой. Я понимаю, что вы с ним здорово подружились, но дело есть дело. Это не предательство, — выделил фразу интонацией адмирал. — Он взрослый человек и примет решение сам. Ты понимаешь?
— Да.
— Я на тебя надеюсь. Мы все на тебя надеемся. Сложная, конечно, ситуация.
— Не то слово. Но за меня можете не волноваться. Я не предам, — пообещала Таня.
— Извини, что я так жёстко, но ваши семейные дела несколько пошатнули мою уверенность в успешности операции, а её результат… от него многое зависит. В том числе безопасность группы Кирилла, — искренне поделился шеф с девочкой, которую нянчил в этом самом кабинете с младых ногтей.
И всё равно удивительно, что он не манипулирует, а честно сдаёт карты. Непривычно.
— Я всё понимаю и не подведу, — мягко проговорила Таня. — Спасибо за подарок. Он будет самым лучшим!
— Пожалуйста, дорогая. И ещё одно.
О, а этот тон я узнаю. Сейчас услышу что–то важное.
— Да?
— Я понимаю, что вы с Дамиром дружите, но не вздумай ему помогать в отношениях с Идарикой, поняла? — жёстко проговорил адмирал.