Как раз к этому моменту второй громила сообразил, как я так ловко исчез из-под его носа, и обернулся ко мне.
– Ты мелкий сосунок… – начал он орать на меня, но на этот счёт у меня уже был заготовлен в руке спрей с парализатором.
Второе тело упало на пол примерно тогда же, когда я краем глаза успел заметить, что первый бугай всё-таки оторвал от своего носа хамелеона и собирался его хорошенько приложить головой об стену. Моего хамелеона! Это взбесило меня настолько, что я ударил ему в его злополучный нос кулаком вместе с зажатым металлическим баллончиком. Результат превзошёл все мои ожидания!
Взвизгнув от боли, мафиози откинул от себя Тикки и вновь схватился руками за нос, из которого во все стороны фонтаном брызнула алая кровь.
– А-а-а-а!!! Больно! – он покачнулся от удара, машинально сделал шаг назад, чтобы поймать равновесие, но вместо этого споткнулся о ногу парализованного напарника.
Один из них уже как раз начинал приходить в себя, когда поверх него рухнул татуированный здоровяк. Раздался звук, похожий на хруст рёбер, сдавленное «ох» и сиплое:
– Этот малявка и тебя отделал, да?
– У него удар просто каменный… я думал, что раз шерлоки соврали на счёт ценного груза, то значит и с горилломами всё это преувеличение, но по ходу нет.
– Ась? Что… произошло? – спросил тип с усиками и серьгой в ухе, только приходя в себя.
Его я повалил вторым.
– Я всем вам троим надрал задницу! Вот, что произошло! – я прочистил горло и постарался произнести это как можно громче и внушительнее. К этому моменту Тикки уже забрался вновь на моё плечо и принял бежевый цвет изрядно потрёпанного свитера. – Я победил сотни горилломов в системе Альфа Центавра, неужели вы, жалкие слабаки, думаете, что втроём смогли бы меня одолеть?!
Не знаю, что за чушь нёс мой язык, могу объяснить это лишь нехилым приливом адреналина в крови.
– Ты какой-то слишком вёрткий, я сейчас схвачу тебя за шкирку, и мы померяемся силами, как мужчина с мужчиной! – зашипел всё тот же оскорблённый тип с тонкими усиками и серьгой в ухе.
Ох, и кто меня за язык тянул?
Словно в замедленной съёмке я смотрел, как верзила рывком встал с пола, приблизился ко мне и схватил за грудки. Но едва он натянул ткань свитера, чтобы поднять меня в воздух, кто-то позади меня крикнул:
– Отпусти его, не то пожалеешь!"
"Амбал перевёл взгляд куда-то за мою спину и неполную минуту смотрел на того, кто произнёс эти слова, при этом лицо его стремительно приобретало мертвенно-бледный оттенок. Уже секунд через десять я отметил, как у него мелко затряслись пальцы, а ещё через двадцать он отпустил меня и рванул прочь.
– Эй, погоди, помоги встать! – крикнул один из его дружков, тот, которому, как мне показалось, сломали рёбра.