И все это без видимых причин…
Я бросила быстрый взгляд на Шторма — тот обычно был в курсе событий. Этот случай стал исключением, полковник тут же качнул головой, добавив повод, чтобы ощутить тревогу. Подспудную, но от этого не менее гнетущую.
— Господин адмирал, — словно и не замечая, как на лицах присутствующих проявляется та, другая, собранность, когда обратного пути уже нет, повернулся Орлов к Ежову, — прошу вас.
Сердце неприятно екнуло, откликаясь на выстроенную мысленно цепочку: Ежов, Самариния, Риман, но тут же забилось ровно — была уверена, случись что с Исхантелем, почувствовала обязательно.
— Господа офицеры, — Ежов обвел нас острым взглядом, вновь заставив замереть — и ведь не задержался на мне ни на миг, но в спинку кресла едва ли не впечатало, — семь часов назад был тяжело ранен эклис Ильдар.
Тишина стала зловещей. На меня никто так и не посмотрел, но в воздухе витало: «Она предупреждала… Предупреждала…»
— Подробности? — опередила я Кривых.
— Никаких, — «обрадовал» нас Ежов. — Все, что известно — Триада под властью кайри эклиса.
— Это — хорошо, — признавая, что могло быть и хуже, вздохнула я. Не облегченно, просто принимая новые правила игры.
— Хорошо? — Кривых предпочел обратиться непосредственно ко мне.
Прежде чем ответить, «прошлась» пальцами по столу. Не в ритме излюбленного штормовского марша, позволяя себе те минимальные действия, которые были доступны:
— Это значит, что Риман держит Триаду. И пока это так… — Я перевела взгляд на Ежова: — Мне нужно все.
Черное небо и капли дождя…
Покушение на Ильдара не вписывалось в мою схему.
— Давайте начнем с ваших предположений, — аккуратно поправил меня адмирал от военной разведки.
— Я — аналитик, а не оракул, — излишне нервно дернулась я, но тут же расслабилась, напоровшись на полный спокойствия взгляд Шторма.
Что бы ни происходило, Слава продолжал действовать на меня отрезвляюще.
Как и Лазовски… когда-то…
Шло время, менялись действующие лица… антураж… но оставалось главное — путь, по которому я продолжала идти…
Да — патетика, вперемешку с иронией, чтобы не тошнило от слащавости.
— Обработанные нами данные по Самаринии, — начала я, придвинув к себе чистый лист бумаги. В отличие от Орлова, рисовала редко, но сама возможность добавляла мыслям порядка, — говорят о том, что мы наблюдаем два независимых друг от друга процесса. Один — не без труда просчитываемый, но прекрасно вписывающийся в схему попытки смены власти в секторе. Второй — идущий параллельно, о котором мы не имеем ни малейшего представления. Но именно в его рамках произошло покушение на кайри эклиса, а теперь и на самого эклиса.
— Да, господин полковник, — оборвала я Кривых, — в этом выводе я совершенно уверена.