Императору демонов Фархаду доложили, что у потенциального покупателя этих самых акций имелись плотные контакты в Самаринией.
Круг замкнулся. Встреча, способная упрочить коалицию, вновь оказалась под угрозой срыва.
— Про него, — кивнул Виктор, с удовольствием наблюдая, как Кэтрин ест. Было в этом что-то… свое, родное. — У самаринян заварушка. Судя по взмыленному Шторму — серьезно и надолго.
— Рано или поздно, но она закончится… — оторвавшись от своего занятия Кэтрин, открыто встретила взгляд Шаевского, — и вот тогда…
— У демонов на Окраинах сильные позиции. У скайлов и самаринян — тоже. Гордон. Иари…
Кэтрин усмехнулась… Качнула головой…
— В этом рассаднике? — произнесла задумчиво, словно пробуя мысль на вкус. — А ведь в этом что-то есть… — продолжила с улыбкой.
— Проблем по безопасности не избежать, — несколькими глотками допив чай, поймал ее мысль Шаевский, — но скорее по координации, чем по факту. К тому же, подчеркнуть неформальный характер встречи.
— Дашь доступ к закрытому каналу? — отложив ложку в сторону, подобралась Кэт… Старший лейтенант Горевски.
— Хочешь связаться с Олишем? — уточнил Виктор. Когда Кэтрин кивнула, понимающе вздохнул. Все они были одержимы… службой. — Дам, когда доешь, — поднялся он со стула. Отставил пустой стакан в мойку: — Я бы ставил на Гордон.
— Гордон, так Гордон, — согласилась Кэт, послушно доедая жаркое.
Это решение было единственно правильным в той ситуации, когда выбирать приходилось лучшее из худшего, но для одного из них оно стало критичным, кардинально изменив дальнейшую жизнь.
Увы, ни Виктор, ни тем более Кэтрин, в тот момент об этом даже не догадывались…
Неоднозначная, как и сам генерал, обстановка его кабинета не позволяла расслабиться. Не добавляло спокойствия и понимание, что там, за закрывшейся дверью и блокировками защиты, Орлов напряженно ждал окончания разговора.
Да и не только он один. Как минимум еще трое знали, ради кого генерал мог прервать столь важное совещание и вместе со мной покинуть зал.
Молчание тоже было многозначительным. Не давая ответов, оно било наотмашь вопросами, заставляя вновь и вновь возвращаться мыслями к прошлому в угоду полному неясности будущему.
— Это было необходимо, — первым нарушил тишину Риман.
Где именно находился, сказать трудно — из ориентиров только небо, да виднеющиеся на его фоне горные вершины.