Автор
В Космоэколухах части первая захватывает взор и восхищает зрителя. Теодор методично работает над землей, как будто та была его рабочим столом. Нежно-зеленый побег в центре смотрится бодрячком, будто приглашая кого-то к взгляду на мир. Этот первый отрыв раскрывает атмосферу глубокой рефлексии над космическими и психическими процессами, создавая живописное описание непростых человеческих связей и решений....
Дежурная Полина сонной мухой ползала по «столовой», но, когда завтрак наконец был готов, за столом по-прежнему пустовали два места.
– Дэн еще спит, – предвосхитила капитанский вопрос девушка. – Я к нему заглядывала, когда кошку искала.
– В смысле – спит? – опешил Станислав. – Ему что, ночи не хватило?
– Пусть себе отсыпается, – вступился за рыжего Вениамин. – Он только кажется здоровым благодаря имплантам, а на самом деле ему еще восстанавливаться и восстанавливаться.
– Ладно, а Алексей где? – Капитан боялся даже предположить, чем бывший и нынешний навигатор могли заняться вдвоем, что так умаялись.
– Не знаю, у него дверь заперта, – гораздо прохладнее отозвалась девушка.
– Перепил, – цинично предположил Теодор.
– Всем же поровну разливали, – удивился Вениамин, – грамм по сто двадцать вышло, не больше.
– Много ли медалисту надо!
Станислав, не желая плодить домыслы, поднес к губам комм… но, к всеобщему удивлению, зуммер вызова раздался из навигаторского кресла. Пустого.
Команда недоуменно переглянулась и в следующую секунду, будто ударенная током, кинулась на звук.
Комм лежал на сиденье. На стопочке листков договора о найме навигатора, увенчанной заявлением об увольнении по собственному желанию.
– Смылся, – презрительно констатировал Тед. – Трепетная душа гения не выдержала суровых реалий космоса.
Михалыч громко закряхтел, намекая, какая именно реалия больнее всего ударила по самолюбию белобрысого.
– Маша, – громко спросил Станислав, все еще надеясь, что навигатор сидит в своей каюте, ожидая, когда к нему прибегут извиняться и уговаривать, – где Алексей?
– Блондинчик покинул корабль в три часа семь минут, – как ни в чем не бывало отозвалась Маша, избегая, впрочем, показываться капитану на глаза.
– Почему ты мне сразу об этом не доложила?
– Не хотела тебя будить, милый, – нежно сообщила Маша. – А что, надо было?
– Надо?! Член экипажа ночью уходит с судна посреди космоса и ты считаешь это ерундой, не стоящей моего внимания?
– Но ты же сам разрешил ему уйти, – обиделся искин.
– Нет, – сник Станислав. – Я помню. Но почему он не сказал мне это в лицо, сразу?
– А может, он в последнюю минуту решился? – сочувственно предположила Полина. – И не захотел вас расстраивать?
– Себя он расстраивать не захотел, – безжалостно возразил Теодор. – Ничего, все равно на свой концерт не успеет. Даже если экспрессом туда кинется.
