Ой, ветер свищет...ой— пурга! Загрустила что-то Баба-Яга. Затушила свечку, забралась на печку, Помело— под ухо, и сопит старуха, будто нос у неё не нос, а насос... — Что за дичь? — поморщилась, переключив плеер на радио. Знакомый голос диктора на популярной FM-станции вызвал улыбку, расслабляя. Вокруг царит непонятная тишина, а легкий ветер шуршит по старым деревьям, принося с собой мрачные воспоминания и завораживающую фантастику....
— Ругай на чём свет стоит, колючка, где ещё придётся шанс обложить начальство трехэтажным, сама же говорила, козёл редкий, глаза б твои его не видели! — Тим захохотал, довольный собой. Ну точно шут! Его поддержал длинный хвост из людей. Знакомые все лица: сестра моя младшая. И как только мать пустила эту пигалицу малолетнюю, и брат Светослава тоже тут, аккурат рядом с сестрой Тима. Это что же — два лиха в одном хвосте?! Твою мать, свезло.
— Готовы? — уточнил Светослав. — Тогда, по-о-оехали!
Изображая коршуна, как положено по правилам игры, принялся бегать за этим хвостом, то и дело щёлкая по заду последнего, чтобы обратить его в коршунёнка.
Мелкая отрава даром времени не теряла и, видимо, решив прислушаться к совету Лиха, полоскала меня, словно истлевшее на чердаке бельё. Кем я только не был, особо позабавило кобель, лось и доберман.
«Запомню же и припомню!»
Когда удалось перетянуть на свою сторону около десятка участников началась реальная суматоха и веселье! Все скопом, входя в азарт, накинулись птенчики хищные на наседку-Яду, норовя ущипнуть её или других цыплаков по своему выбору за зад.
Правильно, что про эту часть игры я её не предупредил. Пожалуй, надолго запомню колючкину мордашку, когда завербованный на мою сторону Светик ущипнул её от души, как-то оттеснив честно защищавшего девичий зад Тимофея.
«Перебежчик хренов! Переметнулся, да? Ну я и этого не забуду, проблема ходячая.»
Пока Яда отвлеклась на Светослава, потирая попку ладонью, успел стукнуть прутом по рукам Тима, тот разжал свои лапищи и я, пользуясь случаем, утянул стажерку к себе, плотно прижав к телу рукой.
— Упустили мамку, раззявы, — смеясь от души, поддразнивал толпу, вынуждая выторговать Яду назад в счёт выкупа. — А ты смирно давай, а то отхожу розгами, — шепнул ей, поигрывая хворостиной в свободной руке. Она замерла, прекратив разжимать мои пальцы.
