Автор
В холодном городе штурмует снег, словно обрушивающийся гнев небес на здешние улицы. На Канард-стрит, где скрываются лица печати, он становится главной цели - ледяные капли сыплются вовсю на шею мужчины, который только что вышел из такси и пытается укрыться от стихии.
Журналист отыскал в телефонном справочнике номер «Трех сестричек» и набрал его – а вдруг? Большинство женщин с радостью ухватились бы за возможность поужинать в пресс-клубе. Но к сожалению, трубку никто не поднял.
Тогда он позвонил девушке, работавшей в женском отделе «Прибоя» и занимавшейся светской хроникой.
– Я бы с удовольствием, но сегодня мне надо надписать все рождественские открытки, чтобы они пришли до Нового года.
– Да, кстати, скажи мне, что ты знаешь о семье Даксбери?
– Они стараются вести себя тише воды, ниже травы и терпеть не могут журналистов.
– У них есть дочери?
– Пять – и все названы в честь английских королев. Все замужем, кроме одной. Она покинула семью десять лет назад и…
– И?
– Вернулась обратно, наверное. Ее не видно и не слышно.
– Как ее зовут?
– Мэри. Она в семье словно белая ворона.
– Спасибо, – сказал Квиллер.
Он пошел в пресс-клуб один.
Клуб занимал единственное старое здание в центре города, которое избежало сноса. Это была бывшая тюрьма, похожая на средневековую крепость с башенками, зубчатыми стенами и бойницами.
Квиллер хромая поднимался по ступенькам мрачного старинного строения, когда встретил выходившего оттуда Лоджа Кендала, репортера криминальной хроники.
– Пошли обратно, я угощаю, – предложил Квиллер.
– Не могу, Квилл. Пообещал жене, что пойдем сегодня за елкой. Если заранее не выберешь, упустишь свой шанс. Терпеть не могу кособокие деревья.
– Тогда только один вопрос. В какой части города самый высокий уровень преступности?
– То ли в Полоксе, то ли в Солнечных Садах. Все больше проблем и в Орлином Гнезде.
– А Цвингер-стрит?
– Кое-что я о ней слышал.
– Я снял там жилье вчера.
– Ты, наверное, рехнулся! Это же трущоба!
– Вообще-то, там не так уж плохо живется.
– Что ж, не распаковывай все свои чемоданы, город собирается снести Хламтаун, – весело сказал Кендал на прощанье.
Квиллер наполнил у буфета тарелку и подошел к стойке; вокруг было удивительно пусто.
– А где все? – спросил он Бруно, буфетчика.
– Покупают рождественские подарки. Сегодня магазины открыты до девяти.
– Ты когда-нибудь что-нибудь собирал, Бруно? Ты, часом, не коллекционер?
Разнообразные интересы бармена были хорошо известны.
