В легком комиксеобразном стиле рассказывается о поездке дамы на машине через город. В машине проговаривается ария Джоан Сазерленд, но внимание привлекает происходящее возле ресторанчика: ссора между местными жителями. Тепло внутри автомобиля и музыка создают атмосферу романтики, в то время как неприятные события за окном добавляют драматизма....
В этот поздний час в аптеке было безлюдно, только ночная продавщица Люська, бойкая несгибаемая бабенка лет тридцати пяти. Она общалась с мелким рэкетиром Пузырем, который прогуливал своего служебного бультерьера и завернул к Люське погреться.
— Ей в процедурном кабинете велели презерватив принести, — рассказывала Люська, — чтобы на электрод надеть. Ну, понимаешь, чтобы не подцепить чего… Ну и говорят: купите лучше гофрированный, он не соскользнет. А она, дура, перепутала, приходит и спрашивает: «Люся, мне перфорированный презерватив надо, весь город обошла, нигде нету!»"
"Пузырь, вместо того чтобы рассмеяться, уставился на Люську в ожидании продолжения.
— Перфорированный! В дырочку, понимаешь? — пояснила обиженная Люська. — Она в дырочку спрашивала!..
— А-а! — отреагировал наконец Пузырь. — Вот дура!
В это время Люська заметила появившегося на пороге бомжа и развернулась к нему:
— Куда приперся, дед? А ну вали отсюда срочно!
— Ты чего, Люся, такая невежливая? — заскулил Хризантемыч. — Я же не просто так, я к тебе по делу, мне лекарство необходимо! Я же больной человек, четвертый год нахожусь при смерти!
— Давай восемь рублей — будет тебе твое лекарство! — сурово проговорила многоопытная Люська и повернулась к Пузырю:
— И шляются, и шляются! И днем, и ночью! Никакого покоя! И всем одно нужно — настойка боярышника! Иногда настойку овса берут, но это редко — она и дороже на пятьдесят копеек, и спирта в ней поменьше… Ну, дед, давай быстро восемь рублей и рули отседова! Мне твою парфюмерию нюхать зарплата не позволяет!
— Что ты, Люся, такая сердитая? Мне, может, осмотреться надо, пообвыкнуть, к лекарствам твоим приглядеться…
— А нет денег — так проваливай, а то Пузырь тебя сейчас принудительно запустит на помойку!
— Это я запросто, обувь только об него грязнить неохота! — процедил рэкетир сквозь зубы.
— Ну что вы, ребятки, наезжаете на живого человека, — Хризантемыч опасливо отступил к дверям, — мало ли, что нет денег! У всякого могут случиться временные трудности!
— Не каркай, бомжара! — Пузырь злобно оскалился.
— Ну денег-то нет, а вы поглядите, какой я документик ладный по случайности нашел, — бомж вытащил из кармана паспорт, — полезная вещь, всегда в хозяйстве пригодится! Уж рубликов-то пятьдесят он стоит, я полагаю? Купи, Люсенька, он как раз на женское лицо!
— На черта мне твой паспорт помойный? — скривилась Люська.
