В легком комиксеобразном стиле рассказывается о поездке дамы на машине через город. В машине проговаривается ария Джоан Сазерленд, но внимание привлекает происходящее возле ресторанчика: ссора между местными жителями. Тепло внутри автомобиля и музыка создают атмосферу романтики, в то время как неприятные события за окном добавляют драматизма....
— А вообще, это удачно, что сумка нашлась, — задумчиво произнес Леня, не обратив на Лолины слова никакого внимания. — В первый день я недостаточно хорошо ее обследовал, а потом было много разных событий, и я совсем о ней забыл…
Он раскрыл сумочку и вытряхнул все ее содержимое на тумбочку.
Лола окончательно успокоилась. В ней проснулось чисто женское любопытство, и она через Ленино плечо уставилась на содержимое сумки.
Перед ними лежали тюбик французской губной помады, пудреница, маленький флакончик духов «Палома Пикассо», пропуск на основе магнитной карты, маленькая изящная записная книжка в кожаном переплете, пластиковая кредитная карточка «Виза».
— Якушев Андрей Иванович, — прочел Маркиз имя на карточке, — Банк «Петро-Металл», управляющий.
Ниже были отпечатаны два телефонных номера.
— Странно, — задумчиво проговорил Леня, — только два телефона.
— И номера какие-то странные, — подхватила Лола, — в жизни таких не встречала… Разве бывают телефоны на шестерку?
Леня снял телефонную трубку и набрал один из номеров.
— Набран неверный номер, — произнес в трубке равнодушный механический голос. То же самое было и со вторым номером.
— Значит, это не телефонные номера, — Леня повесил трубку и уставился на визитную карточку. — Пожалуй, придется нам нанести визит в этот самый банк «Петро-Металл».
Лола все еще недовольно смотрела на своего компаньона, и Маркиз, чтобы убедить ее, сыграл на самой сильной Долиной страсти.
— Нужно загримироваться до неузнаваемости.
Сможешь сыграть богатую деловую женщину?
— Нет ничего проще, — глаза Лолы заблестели, — ты же меня знаешь не первый год!
Через какой-нибудь час Лолу действительно невозможно было узнать. При помощи ловко нанесенного грима, подложенных под щеки тампонов и прочих несложных театральных приемов она превратилась в ухоженную даму с несколько широковатым надменным лицом.
— Это из старухи юную девушку сделать трудно, — сказала она, придирчиво разглядывая свое отражение, — и то можно, были бы деньги. А из девушки бабушку — вообще ничего не стоит…
— Ну уж и бабушку! — галантно проговорил Маркиз.
