Автор
В Салоне Арнсайд-Хаус царит тихий упадок. Высокие просторные комнаты в стиле эпохи изящества давно покинули модный горизонт, оставляя за собой след потертых ковров и залатанных занавесей. Вместо ярких красок и сверкающей росписи — выцветший шелк обивки, потресавшая синева стенных полотен и тускнеющие золотые рамы....
— Но какое у меня право… Затруднять вас…
— Нисколько, — нашелся он. — Почту за удовольствие. Предполагаю, дело касается кузена мисс Чаринг? Вопрос деликатный, но я посвящен.
— Правда? — удивилась она. — Однако речь не о нем! Что же мне делать?
Мистер Станден молча поймал ее муфту, возвратил и сказал:
— Давайте пройдемся по площади, а то на нас уже глазеют!"
"Опыт общения с собственными сестрами позволил мистеру Стандену отбросить незначительные детали в ее рассказе и добраться до главного: предложения сэра Генри Госфорда.
— О нет, нет! Чем он может помочь? Мама никогда не позволит нам соединиться, я только причиню ему боль!
Именно в эту минуту Фредди осенило. Попросив мисс Броти, которая утомила его своими монологами, помолчать с минуту, он наконец произнес:
— Отвезу-ка вас к сестре. Прикажу дворецкому забыть, что он видел. Если ваша мама и заедет на Беркли-сквер, то ей скажут, что вас не видели.
— Но как смею я вторгаться к леди Букхэвен?
— Должен же я вас где-то оставить, пока все устрою!
— О сэр, — прошептала она, повисая на его руке, — неужели вы…
— Говорю же вам, что есть идея. Из нее может ничего не выйти, но грех не попытаться.
Скелтон впустил их в вестибюль и, несколько озадаченный, молча выслушал приказание мистера Стандена отвести мисс Броти в гостиную и отрицать ее присутствие в доме, кто бы о ней ни спросил.
Донельзя шокированный и опечаленный, он повел съежившуюся мисс Броти в гостиную.
Тем временем Фредди вбежал в гардеробную сестры.
— О Фредди, неужели ты все же решил открыть мне тайну? — с сияющим лицом оборотилась к нему Мег.
— Нет, но пришел рассказать тебе кое-что еще. Нужна твоя помощь.
