Автор
В Салоне Арнсайд-Хаус царит тихий упадок. Высокие просторные комнаты в стиле эпохи изящества давно покинули модный горизонт, оставляя за собой след потертых ковров и залатанных занавесей. Вместо ярких красок и сверкающей росписи — выцветший шелк обивки, потресавшая синева стенных полотен и тускнеющие золотые рамы....
— Не стоит ломиться в амбицию! Просто — то же самое я говорил отцу на днях — нельзя вращаться в обществе и не выучиться отличать простака от…
Он покраснел и замолчал, сообразив, что сравнение окажется не вполне лестным. Шевалье расхохотался.
— Я уже достаточно знаком с вашими идиомами. Вы намеревались сказать «от шулера».
— Пожалуй, — признал Фредди. — Но это не ваш «тон», даже не знаю, что именно! Просто подумалось, что вы вызываете некоторые подозрения, вот и все.
— Остается надеяться, что прочие… как бы сказать?.
"— Вы же знаете, что нет. Помолвлен с вашей кузиной, не желаю ни малейшего беспокойства для нее, не хочу никакого скандала! Более того, не желаю зла вам.
— Покорнейше благодарю, — насмешливо поклонился шевалье. — Да, я плут, живу трудами рук своих. Рискую. Кстати, должен вам заметить, мистер Станден, что если бы вы пришли угрожать мне, я бы оставил отпечаток руки своей на вашей щеке, как отпечатал ее на щеке вашего кузена!
— Которого? Если на щеке кузена Долфинтона, это вполне безопасно, но если, как я могу предположить, кузена Джека — то большая глупость! Рискованно переходить ему дорогу!
— Будьте уверены! Но он не станет меня разоблачать, не посмеет!
— Возможно.
— Для этого надо остаться в Англии. Вы пришли посоветовать мне уехать? Не стоило труда!
— Пришел сообщить, что мисс Броти попала в переплет.
— Вы хотите сказать, что она в беде?
— Именно. Убежала из Ганс-Креснт, и ее трудно за это упрекнуть. Никогда не видел такого паноптикума, как ее родственнички!
— Ради самого Бога! — вскричал нетерпеливо шевалье. — Где она? Что с ней?
— Оставил ее у сестры. Она пришла просить Кит о помощи.
— Золотое сердечко ваша Китти. Она что-нибудь придумает!
— Возможно, — бесстрастно отозвался Фредди. — Но пока ее нет: уехала к двоюродному деду.
— Но в чем причина? Это не я…
— Ничего общего. Вам известен сэр Генри Госфорд? Он сделал ей предложение.
— Эта развалина! Оливия посмеется над ним!
— Ей было не до смеха, когда я ее видел! Дрожала как осиновый лист, говорила, что мать убьет ее.
