Экспериментальное лечение не помогло. – Гидеон выпил свою банку пива и взял другую. – Это был лишь эффект плацебо.
– Он принимал лекарства. – Я выдернул у него банку. – Я видел его. Я сам возил его туда и ждал в клинике.
– Да, и выглядело так, как будто лекарство помогало, потому что он думал, что оно помогало. Но лекарство не работало. Они убрали его из эксперимента после того, как поняли, что результата нет. Это не имело ничего общего с деньгами. Я предложил заплатить за новое лечение в другом месте. Хэнк сказал, что это не поможет, но он действительно попросил об услуге.
Я отказывался принимать это.
Если смерть отца не была связана с деньгами, я был невиновен. Я не играл роль в его смерти. Это значило, что вся зацикленность последние четыре года на мести вылилась в… ничто.
– Чего он хотел от тебя?
– Он попросил меня позаботиться о его семье, но я знал, что ты мне не позволишь.
– Еще бы. – Я смял банку и добавил ее в стопку. Выглядело лучше, чем мертвые цветы, замусорившие другие могилы.
– Я был твоим стартовым инвестором.
Моя рука зависла над новой банкой.
– Моим стартовым инвестором был саудовский нефтяной…
– Принц по имени Зейн Аль-Азнам. – Его хитрая ухмылка просила кулака. – Это персонаж из «Тысячи и одной ночи». У меня была придумана легенда, основана подставная компания, все сработало.
Неожиданная прибыль от инсайдерской торговли «Уин троп Текстиль» положила начало «Прескотт отелю», но инвестиции Аль-Азнама, Гидеона, превратили в империю.
Ни одна часть моей жизни не прошла так, чтобы не касаться грязных денег и коварной лжи.
Я стряхнул пушинку со своих спортивных штанов.
– Значит, ты знал, что я вложил и собственные деньги.
– Я также знаю, откуда они взялись.
– Почему ты ничего не сказал? – Или не сдал меня властям.
– Я восхищался Хэнком Прескоттом. Наслаждался его компанией, дружбой и, иногда, советами. – Гидеон наклонился вперед и вытер пятно с надгробия.
Я заметил, что оно было в гораздо лучшем состоянии, чем остальные на кладбище. Как часто он приходил сюда?
– Я сожалел о том, как Вирджиния обращалась с вашей семьей, но ей нужно было контролировать дом. Это отвлекало ее от преследования Эмери и интриг. Я также знаю, что ты украл гроссбух в ночь котильона.
– Почему ты ничего не сказал?
– Я видел, как ты его сжег. Если бы не твой отец, я бы все равно не выдал тебя из-за того, что ты сделал для моей дочери. Мы все знали, это ты отправил Эйбла в больницу. Он указал на Рида лишь потому, что знал – ничто не ранит тебя сильнее, чем вред, причиненный твоему брату.
По сей день мои отношения с Ридом так и не восстановились. Маленький Член был умнее, чем мне казалось.
– Как ты узнал, что я сжег гроссбух? – Я подумал об обугленных остатках, которые запер в своем сейфе, прежде чем ехать сюда.