Извините, ради Бога!
Филан не заметил маленькую мохнатую собачку, которая выбежала из комнаты его тетушки, комнаты, которая должна была служить спальней его жены. Как раз наверху он споткнулся о рычащее, оскалившееся создание и упал с лестницы, перекувырнувшись через голову. Одежда выпала у него из рук и разлетелась в разные стороны.
Все повыскакивали из своих комнат. Только глухая леди Хаверхилл ничего не слышала и спала сном младенца. Леди Люсинда истошно визжала, ее горничная плакала, камердинер Филана, который шел, держа в руках свечу и горячую воду, упал в обморок, собака Дейзи истошно лаяла.
Нелл бросилась к распростертому на лестнице Филану, Алекс побежал к герцогу, чтобы узнать, в чем дело.
– Филан! – вскрикнула Нелл, вовремя выхватив свечу из рук камердинера, пока она не упала на ковер. При свете свечи Нелл с облегчением заметила, что брат дышит, а значит, жив, слава Богу. – Филан, скажи что-нибудь!
– Отвернись, детка! – приказала тетя Хейзел, медленно спускаясь с лестницы. – Это зрелище не для девицы.
– Он не умер! Ах, ты имеешь в виду, что он раздет? – Нелл только сейчас заметила, что брат совершенно голый. Она сама выскочила из постели в одной ночной сорочке, не накинув на плечи ни халата, ни шали. То, что она стоит босая, Нелл поняла, когда наступила голыми ногами на мокрый ковер. Тетя Хейзел тоже была в одной ночной рубашке.
Что касается самой тети Хейзел, почтенная дама не отвела глаз. Нелл заметила, что она разочарованно качает головой.
– Я всегда говорила Андре, что Филан Слоун не мужик, но понятия не имела… То есть… принеси одеяло или хоть что-нибудь, шери.
Никто не пришел на помощь леди Люсинде, и она перестала кричать. Прижимая к груди собачку, она спустилась с лестницы, а потом остановилась. Она не отвела взгляда и не предложила накрыть Филана своим зеленым бархатным халатом, отделанным страусовыми перьями.
Редферн тоже был здесь. Он стал бледным как полотно. Медленно снял с головы ночной колпак с кисточкой и аккуратно положил на мужское достоинство мистера Слоуна.
– Наверное, у него разбита голова, – едва сдерживая слезы, проговорила Нелл. – Он без сознания. Нужно послать за хирургом.
– Если мистер Слоун и его камердинер дома, значит, конюх тоже вернулся, – произнес Редферн. – Я отправлю pro за доктором. – За то время, что Редферн ходил в свою комнату, чтобы одеться, а затем дошел до конюшни, Нелл успела бы добежать до деревни. Но она не могла оставить своего несчастного брата, на котором не было ничего, кроме ночного колпака, прикрывавшего причинное место.
– Я сбегаю, мисс Слоун, – донесся со второго этажа голос мистера Пибоди. Он уже надел сюртук и брюки и приглаживал рукой волосы.