Поэтому Ева, с дикой надеждой и мольбой в глазах, посмотрела на врача и попросила, в умоляющем жесте сложив ладошки.
— Я прошу тебя, Дар, помоги мне. Если беременность подтвердится, ты все будешь контролировать, а я обещаю — буду осторожна и послушна. Только не говори ему пока. Как только мои девочки окажутся на корабле, я сама ему расскажу. Пожалуйста!!!
Он нахмурился и, словно уйдя внутрь себя, уставился в пространство, пару мгновений глядя в никуда, и вот снова осмысленный взгляд. Дар устало кивнул головой и направился в сторону двери, брюзжа, словно старый дед.
— Все женщины одинаковы, что рокшанки, что землянки. Думают только о себе и никогда — о других. Вот ты представь, что он со мной сделает, когда узнает, что я помогал тебе скрывать беременность. Я пожалею, что вообще на свет родился. Если он меня убьет, Ева, ты должна будешь позаботиться о моей семье. Обещаешь?
Он повернул голову и хмуро посмотрел на Еву, которая виновато потупила глаза, и согласно кивнув головой, прошептала.
— Клянусь, что в любом случае позабочусь о твоей семье. А насчет Рантаира, не переживай, он будет так рад новости о возможном отцовстве, что выяснять ничего не станет. Как только он узнает, все его мысли будут направлены на мою безопасность и прогнозы нашего будущего. Ему будет не до тебя, гарантирую.
Дар снова обернулся к Еве, уже заходя в медитек, расположенный напротив его каюты, и лишь усмехнулся.
— Эх, женщины, женщины, какие вы, однако, хитрые создания.
— Не волнуйся родной, я тебе сразу скажу, ЕСЛИ что!
Ярина прошла вслед за Евой в медитек и, вольготно расположившись в одном из кресел, лукаво посмотрела на мужа. Дар резко повернулся и пристально уставился на нее.
— Ты хочешь сказать, что у нас…
— Пока нет, но если что, я обязательно все тебе первому расскажу, как виновнику происшествия, так сказать.
Ярина с улыбкой быстро встала и, подойдя к мужу, прильнула к нему всем телом и мягко коснулась губ, для чего ей пришлось встать на цыпочки и, двумя руками схватившись за ворот харуза, притянуть к себе его голову. Дар с видимым удовольствием ответил на ее поцелуй, потом слегка отстранился от нее и все же не выдержал, снова наклонился уже к ее шее и, уткнувшись носом, потерся, глубоко вдыхая легкий женственный аромат, который за эти три месяца стал для него не просто родным, а жизненно необходимым. Как воздух, как вода и еда. Ярина — его лиане, его душа и его сердце. Если она исчезнет из его жизни, то сердце просто перестанет биться.
Услышав нетерпеливый вздох Евы, Дар с неохотой отстранился от лиане и, настроив аппаратуру медитека, жестом предложил Еве устроиться на его поверхности для проведения диагностики. Как только она легла, расслабленно повернув голову в их сторону, Дар приступил к исследованиям.