Ночью в горах засвистела метель, перекрывая все остальные шумы — далекий рев реки, низкий гул машин, тихий шепот деревьев. В автобусе зашуршали сухие листья, словно прощаются лето и осень, готовясь к зимнему покоя. Уже не так высоко поднимается дорога, теряясь в сумерках, но она все равно кажется бесконечной....
Интересно, а внутренний голос можно как-то отключить? Если он и дальше будет со мной разговаривать, боюсь, так и до раздвоения личности недалеко.
Воображение тут же подсунуло картинку а-ля мистер Хайд и доктор Джекилл, и я хмыкнула. Только этого не хватало!
– Хватит заниматься ерундой, Дарья Станиславовна, – громко сказала вслух, чтобы развеять свои глупые страхи. – Подумайте лучше о сроках и принимайтесь-ка за книгу. Издательство ждать не будет.
Полная решимости, я забрала со стола ноутбук и отправилась в дом в надежде, что хоть там удастся поработать.
Как ни странно, дело пошло. До самой ночи я стучала по клавишам, как сумасшедший дятел, а когда разогнулась и потерла уставшие глаза, поняла, что время давно перевалило за полночь.
Потянувшись всем затекшим от долгого сидения телом, громко вздохнула, отодвинула штору и бросила взгляд в окно. Соседний дом выглядел темным и нежилым. Он высился напротив угрюмой глыбой, напоминая поднявшегося на дыбы медведя, а свет далекого фонаря, горящего в самом начале улицы, придавал этой «глыбе» какой-то зловещий налет.
Любопытство снова подняло голову, заставив меня распахнуть створки и высунуться наружу, в попытке разглядеть, что происходит. Может, к соседям забрались воры? А что? Все сходится – и взгляд, который шарил по моему лицу, и ощущение постороннего присутствия, и огонек в доме… Точно, воры.
Я прикусила палец и задумалась, а когда снова посмотрела на дом, огонек исчез. А может, его и не было?
Я долго вглядывалась в темноту, пытаясь отыскать следы чужого присутствия, но в соседнем дворе было тихо.
* * *Утро вползло в комнату клубящимся туманом и тихо коснулось лица прохладной ладошкой. И чего, спрашивается, окно до конца не закрыла? Свежего воздуха, видите ли, захотелось! Так его теперь тут полная комната, как и холода.
