В огромном пустом зале, где сидел величественный дракон, стена отражала его страшное присутствие. Я украдкой оглянулась на черную стену, обнаружив в ней своё отражение — зеркало или фокус-группа природы? Температура здесь должна быть безмерно высока для столь гладкой и теплой поверхности....
Я испугалась, что сейчас она затолкает кашу мне в глотку силой, такой воинственный у нее был вид, но вместо этого она распахнула дверь в коридор и позвала:
— Ларра, иди-ка сюда.
В спальню вошла уже знакомая мне служанка. Старуха указала ей на мою тарелку:
— Попробуй еду, а то княжна боится помереть. Хотя чего цепляться за такую жизнь.
Я зло сверкнула на кормилицу глазами. Не ей решать, когда и от чего мне умереть.
Ларра осторожно зачерпнула кашу с края тарелки, поднесла ложку ко рту. Та дрожала в ее руке.
Прожевав и проглотив кашу, Ларра открыла глаза. В них читалось облегчение. Бедняжка уже успела попрощаться с жизнью.
— Все в порядке, княжна, — сказала она. — Можете кушать.
Я кивком отпустила девушку и села за стол. Кормилица могла схитрить в этот раз, выбрав яд, убивающий не сразу. Тогда проба служанки ничего не значит. Она, как и я, просто умрет спустя какое-то время.
Я как раз закончила с едой, когда в дверь постучали. Старуха, которая все это время не сводила с меня глаз, разрешила визитеру войти. Меня она не спросила, готова ли я принимать гостей. А я, между прочим, все еще в ночной сорочке. Пришлось прятаться за балдахин.
Вошедший страж привел с собой Иридию.
— Какое счастье застать вас, княжна, живой и невредимой, — Иридия ощупывала меня в поисках ран, а не найдя их, вздохнула с облегчением. — Я так волновалась!
— Довольно причитать, — одернула ее кормилица. — Лучше помоги своей госпоже одеться. Вас уже заждались.
Я не стала уточнять, кому мы понадобились. И так ясно, что Дракону. А вот зачем старуха в жизни не скажет.
— Отвратительная мода, — кривилась Иридия, завязывая шнуровку у меня на спине. — Ткань слишком тонкая, чуть ли не просвечивает.
— Зато не жарко, — заметила я. — Не то что в наших платьях.
