В огромном пустом зале, где сидел величественный дракон, стена отражала его страшное присутствие. Я украдкой оглянулась на черную стену, обнаружив в ней своё отражение — зеркало или фокус-группа природы? Температура здесь должна быть безмерно высока для столь гладкой и теплой поверхности....
С каждым часом людей в коридорах становилось все меньше. К вечеру начало казаться, будто в замке нет никого кроме меня, но назад в комнату я не шла принципиально, хотя знала, как туда добраться — я не уходила из знакомого крыла. Но вернуться означало добровольно войти в камеру и самой запереться там. Признать победу Дракона я не готова.
Голодная и уставшая, я еще с час после заката бродила по коридорам. В конце концов, нашла закуток: низкую каменную лавку в углубление стены, и скрутилась на ней калачиком.
Камень был холодным и жестким, но я слишком устала, чтобы искать что-то получше.
Спустя полчаса я уснула. Мне снилось, будто я сплю на льдине. Я дрожала и сжималась от холода.
Ветер щедро одарил меня теплом, и я быстро согрелась. Он пах дымом, в его объятиях было так спокойно и уютно, что я разомлела. И только одно тревожило: у ветра были красные как кровь глаза. Он смотрел на меня, и я чувствовала свою перед ним беззащитность.
Глава 14. В логове Дракона
Благодаря Шару Эйрих быстро нашел княжну спящей на каменной скамье. Она свернулась калачиком, подложив ладони под голову, и дрожала во сне.
Стоя над девушкой, Эйрих стянул повязку с глаз. В это время суток можно не опасаться встретить кого-то в коридоре и оборвать случайно чужую жизнь, а Касильда спит крепко, ее веки плотно закрыты. Он рассматривал девушку и думал, что следовало сбросить ее с террасы, едва она сказала, что не в состоянии помочь с побегами. Княжна в очередной раз обманула.
Кто бы подумал, что она пустышка. Небывалый позор для княжеского рода! Не удивительно, что это держат в тайне. Эйрих ведь наблюдал за княжной несколько месяцев. Она никогда не пользовалась магией. Надо было насторожиться, но он списал это на высокое положение девушки. Представители княжеского рода редко лично занимались посевами. Разве что в случае крайней нужды. Например, во время засухи.
