В огромном пустом зале, где сидел величественный дракон, стена отражала его страшное присутствие. Я украдкой оглянулась на черную стену, обнаружив в ней своё отражение — зеркало или фокус-группа природы? Температура здесь должна быть безмерно высока для столь гладкой и теплой поверхности....
Возможно, это лучше, чем то, что уготовано мне в будущем.
Но тут в наших рядах произошли перемены. Нибрас — сын главного телохранителя Агвареса и одновременно его первый помощник — развязал веревки, стягивающие запястья. Оттолкнув стража, он бросился на Дракона. С голыми руками, вопреки здравому смыслу храбрый юноша рисковал жизнью ради меня.
Нибрасу помог эффект неожиданности. Пока стражи приходили в себя и оценивали ситуацию, он уже добрался до Дракона. Завязавшаяся драка была стремительной и короткой. Телохранитель был хорош, но Дракон тоже оказался не промах.
Подскочив к мужчине, Нибрас нацелился ему в голову, но кулак не достиг цели. Дракон увернулся и нанес телохранителю удар под дых. Юноша согнулся пополам, отчаянно глотая ртом воздух. И все же он нашел в себе силы выпрямиться, замахнуться и ударить чудовище по лицу. Дракон этого не ожидал. Он частично отклонился, но Нибрас задел повязку, и та спала.
Мужчины застыли, глядя друг другу в глаза. Спина Нибраса заслоняла от нас Дракона, мы не видели его лица.
Тому, что произошло дальше, у меня нет объяснений. Нибрас вдруг схватился за сердце, хотя Дракон и пальцем его не тронул. Темные волосы молодого человека стремительно седели. За считанные мгновения они стали белыми точно снег на вершине гор. Одновременно его спина согнулась как у немощного старика, и вскоре он рухнул к ногам Дракона замертво.
Иридия заплакала. Даже Агварес не сдержал эмоций и застонал сквозь сжатые зубы. Нибрас был его единственным сыном, и его постигла такая жуткая смерть.
Это какая-то черная магия.
Как ни странно, от срыва меня спас Дракон. Когда он заговорил, в его голосе сквозила досада, как будто он сам не рад случившемуся. Но я не обманулась — чудовищу нет дела до наших страданий.
