Когда ты замечаешь, что расписание нового семестра тебя выбивает из колеи, это уже проблема. Ирма с ее строгой улыбкой сверкает перед тобой в облаках магии, а ты теряешься среди множества курсов, оставшихся неузнанными. В этот момент проклятье приходит к нам. Эта история расколдовывает тебя до основания, заставляя бросаться из одной стены в другую - и ты вступаешь в войну с теми, кто решил обречь тебя на одиночество....
— Но принцесса…"
"— Она сбегает раз в пару дней, Унни, — тихо ответил Оливер. — Почти всегда во время балов и в сумерках — ей кажется, так больше шансов скрыться. Увы, ее высочество нездорова, но… ей пятнадцать. Разумное поведение — пока не про нее.
— Идите, не стойте тут, — поторопил король. — На крыше смотрели? А на конюшнях? Ох, низвергнутые!
Он снова перестал быть похож на монарха и стал напоминать обычного обеспокоенного отца. С таким же лицом наши деревенские мужчины смотрели в море, куда мальчишки увели шхуну — без разрешения старших, конечно.
Мы с Оливером направились по коридору в бальный зал. Солнце почти село, все вокруг было серым.
Сейчас он обратится!
— Унни, сюда! — Оливер, пока мы шли по коридору, увлек меня в сторону и остановился, подойдя к одной из дверей.
— Крылоключ! — воскликнула я обрадованно.
Как я могла забыть?
— Тише, Унни, ими нельзя пользоваться во дворце.
Оливер воровато, как-то по-мальчишески огляделся, а затем вставил крылоключ в дверной замок и толкнул створку.
Секунда — и мы уже у ворот Стортон-холла, а на Оливере трещит одежда, не выдерживая напора увеличивающегося пушистого тела.
— Новый костюм! — расстроился он, оглядывая лохмотья, и зло замел хвостом. — Унни, прежде чем отдать тебя в руки Аннет, чтобы она подготовила тебя ко сну, я хотел бы уточнить: ты в самом деле полагала, что я хоть словом обмолвлюсь королю о тебе, если будет хоть малейший шанс, что ты окажешься в опасности?
— Я… — я так растерялась от злого тона Оливера, что не сразу поняла смысл его слов.
Хвост метался, уши были отведены назад, оба ряда острых зубов обнажены — признаки крайней степени злости.
— Ты невыносимая женщина. Должно быть, мне всю жизнь придется убеждать тебя в том, что я тебя люблю и не дам в обиду. А еще…
Хвост, дергающися туда-сюда, замер, взгляд Оливера прикипел к моему лицу.
— Оливер?
— Ты такая красивая сегодня.
Должно быть, меня впервые за всю жизнь не разозлили эти слова.
Не думала, что когда-нибудь это случится, но после того вечера на балу в королевском дворце моя жизнь превратилась в сказку.
Оливер сказал, что у каждого рода свои традиции — как правило, церемония проводится в главном зале родового поместья, присутствуют все родные.
В нашем случае присутствовал только Дрангур.
