Когда ты замечаешь, что расписание нового семестра тебя выбивает из колеи, это уже проблема. Ирма с ее строгой улыбкой сверкает перед тобой в облаках магии, а ты теряешься среди множества курсов, оставшихся неузнанными. В этот момент проклятье приходит к нам. Эта история расколдовывает тебя до основания, заставляя бросаться из одной стены в другую - и ты вступаешь в войну с теми, кто решил обречь тебя на одиночество....
Конечно, я не рассчитывала на то, что вовсе не увижу сегодня ректора Стортона, но до конца занятий я точно в безопасности.
Занятия, к удивлению, проходили спокойно и гладко, даже Томас, погруженный в свои мысли, едва ли обращал на меня внимание. На основах метаморфоз привычно хмурая профессор Хейдар рассказывала о том, как превращать воду в вино (адепты старательно конспектировали), а на существознании нас учили справляться с гримами — низшими тварями, одними из тех, кто был отмечен печатью низвергнутых.
По правде говоря, считалось, что печатью низвергнутых отмечены в той или иной мере все волшебные существа, от пикси и баньши до… Я тряхнула головой, вспомнив гневный окрик «Отродье низвергнутых!», которым меня наградил хозяин таверны много лет назад.
Обычно гримы выглядели как черные псы размером с волка, но могли также рассыпаться дымом или стаей летучих мышей.
— Первое правило для любого мага при встрече с гримом, — говорил пожилой профессор Кипер, — посторониться! Гримы могут быть весьма агрессивными, чем сильнее маг — тем больше агрессии гримы проявят. Чтобы справиться с гримом, необходимо сплести заклятье, формулу которого вы видите на доске.
Я прищурилась. Заклинание-сетка, такое подходило для поимки почти любой нечисти.
— Кто попробует? — спросил Кипер.
— Что именно? — раздался голос с задних рядов.
— Справиться с гримом, разумеется.
— Но здесь нет грима, сэр!
Удивительно наблюдательные у меня все-таки однокашники.
— Не верьте своим глазам, — ответил профессор Кипер, а затем отошел от учительского стола, наклонился и сделал рукой жест, как будто поднимал что-то пола — маскирующее заклинание!
На том месте, где только что ничего не было, появилась клетка в половину человеческого роста, а внутри — огромная черная собака с блестящими красными глазами.
Она скалилась, глядя на нас так, как будто готова загрызть, — впрочем, ничего удивительного. Если бы меня посадили в клетку, я тоже была бы не в восторге.
— Убивать грима не следует, — мягко заговорил профессор Кипер, глядя на устрашающего зверя.
