Семнадцатилетняя Селина бежит из Парижа в Америку и находит убежище в женском монастыре Нового Орлеана. Поиск работы приводит её в таинственное заведение «Львиные чертоги», где владельцем является загадочный юноша Себастьян. Селина надеется оставить невзгоды позади, но прошлое неумолимо...
Он не ответил. Вместо этого уставился на нее своими глазами с густыми ресницами. С притягательными черными ресницами. Когда Селина отвела взгляд, Бастьян прочистил горло и снова замер, проверяя свой пульс.
– Ты опять это делаешь, – сказала Селина.
– Что?
– Ты часто проверяешь свой пульс. Мне любопытно почему.
Насмешливая улыбка появилась на лице Бастьяна.
– Чтобы напомнить себе, что я человек.
То же самое необъяснимое чувство поглотило Селину вновь. Чувство, что она что-то упускает. Что-то… важное. Прежде чем она успела остановить себя, она спросила:
– А человек ли?
Вопрос застал Бастьяна врасплох. Он уставился на нее сверху вниз, его идеальные губы поджаты в сомнениях. Затем он взял ее руку и прижал к своей шее. Под пальцами Селины бился уверенный пульс. Пульс, который начал ускоряться от ее прикосновения. Тепло Бастьяна наполнило в свою очередь Селину, заставляя ее дрожать внутри. Бастьян какое-то время держал обе их руки на месте, прекрасно понимая, что пульс его выдает. Понимая и, похоже, не волнуясь об этом.
«Сердце не лжет», – говорил Майкл.
Селина опустила свою задрожавшую руку. И решила игнорировать весь здравый смысл.
– Раз уж мы сегодня решили говорить друг другу правду, хочу сказать, что ты мне нравишься.
– А ты нравишься мне. – Бастьян не колебался ни секунды, прежде чем признаться.
Селина уставилась на него, не моргая.
– Совсем недавно сегодняшним вечером я хотела тебя поцеловать.
– Я хотел поцеловать тебя с тех самых пор, как мы впервые встретились в Джексон-сквер.
– Ты помнишь, – пробормотала Селина. – Я думала, ты забыл.
Бастьян наклонил голову.
– Как я мог забыть? Ты меня удивила. Меня давно никто не удивлял.
– Я тебя удивила? – Селина моргнула.
Он рассмеялся. А затем выражение его лица посерьезнело.
– Рано или поздно кто-нибудь должен сказать тебе, какая ты красивая в свете луны, – сказал мягко Бастьян.
Жар охватил тело Селины, поднимаясь к груди, а потом и выше, к горлу.
– Кто-нибудь должен сказать, – сглотнула она. – Но… думаю, это должен быть не ты.
– Согласен. – И вновь Бастьян не колебался, прежде чем ответить.
– Не влюбляйся в меня, – предупредила она его снова, почти что задыхаясь. – Ты не принесешь мне ничего хорошего. Я не принесу тебе ничего хорошего.
– Согласен во всем.
– Скорее всего, тебе нужна юная особа с богатым приданым и хорошей родословной. Та, кто занимает заметное место в обществе, – продолжала Селина. – А мне нужен настоящий джентльмен.
