Погода была прекрасная, и одно из окон было открыто: я помнила, как сама теряла сознание от недостатка воздуха.
В остальном же роды были истинно королевские: всем было глубоко плевать на роженицу, присутствующие просто обсуждали различные проблемы и развлекали себя светскими беседами. На мое счастье, девка оказалась достаточно здоровой и крепкой. И всего через четыре часа от момента, как я вошла в комнату, Этель Блайт произвела на свет крепкую здоровую девочку.
Все это было зафиксировано в протоколе, который подписали все присутствующие. Я торопливо покинула комнату, а следом за мной разошлись и остальные. Разумеется, я совершенно не представляла, что теперь делать с этим ребенком, но все равно рождение девочки можно считать одним из самых больших подарков судьбы. С мальчиком было бы намного сложнее.
— Элен, что будет с малышкой? Она… Она такая слабенькая.
— Не знаю, Софи. У девочки есть мать, давай дождемся, когда она придет в себя.
Софи помолчала, как бы раздумывая, стоит ли продолжать, но потом решилась и заговорила:
— Я несколько раз навещала эту девицу… Не думаю, что она захочет стать матерью.
— Почему?
— Она жаловалась на бедность и говорила, что с ребенком ее родственники не примут.
— Вот как? Ну, не примут родственники, я вполне смогу оплатить вклад в монастырь.
Софи только вздохнула. Похоже, от моей идеи она не пришла в восторг, да и я сама сказала это скорее от некоей усталости. Память сохранила, как эта девка оскорбила меня при жизни короля, как пыталась зацепить за живое. Самой себе-то вполне можно признаться: моя бы воля, тогда я убила бы ее лично, и рука бы не дрогнула. Однако сейчас, после всех произошедших событий, я испытывала к Этель Блайт абсолютное и полное равнодушие: она никто, и звать ее никак. Это будучи королевской подстилкой, она являлась для меня неким препятствием и раздражителем. Все же тогда она достаточно грубо лезла в мою жизнь. А сейчас…
В общем-то, я не собиралась отправлять ее даже в монастырь. Мне действительно было совершенно все равно, куда она уберется из дворца, когда отлежится. Единственное что: меня слегка царапнули слова Софи о том, что родственники не примут Этель с ребенком. Все же ценность любого ребенка в моем понимании была довольно высока.
Вся эта возня, запах горячей воды, крови и трав, равнодушные морды придворных невольно напомнили мне эпизод собственных родов и мою вполне понятную любовь к сыну. Пожалуй, новорожденную малышку мне было немного жаль.
— Софи, я не хочу предавать делу огласку… Но если случится так, что девка не захочет забрать ребенка… В общем, дорогая моя, у меня к тебе просьба: посовещайтесь с мадам Эхтор и постарайтесь подобрать приличную приемную семью.