Автор
Судьба семьи греков, депортированных в казахскую степь, и мечта поколений вернуться в потерянный рай детства. История о том, как личные воспоминания переплетаются с историческими трагедиями, а горячее желание обрести утраченную родину становится смыслом жизни.
Раздел Chitat.online для книги «Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Судьба семьи греков, депортированных в казахскую степь, и мечта поколений вернуться в потерянный рай детства. История о том, как личные воспоминания переплетаются с историческими трагедиями, а горячее желание обрести утраченную родину становится смыслом жизни.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Судьба семьи греков, депортированных в казахскую степь, и мечта поколений вернуться в потерянный рай детства. История о том, как личные воспоминания переплетаются с историческими трагедиями, а горячее желание обрести утраченную родину становится смыслом жизни.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Чуть ли не в открытую выражали свою ненависть. Говорят, кого-то там из них в Колпашево расстреляли: много лишнего эстонцы высказывали.
– Ну, что ж ты так уж совсем тихо. Не бойся, здесь нас никто не увидит и не услышит, – пошутил сонный голос. Ладно девочки, я засыпаю. Спокойной вам ночи.
– Алексис, Алексис, а помнишь поселки с смешными названиями: Палочка и Проточка? Алексис!
Но тот уже спал.
– Устал, бедный! Целыми днями работает на грузовике. Возит и возит всякий груз и днем, и ночью: машин мало, а груза много. Вот и терзают его. А платят с гулькин нос.
* * *На утро следующего дня их разбудила Наташа. Проснувшись раньше всех, она спустилась со своей качки, сходила на горшок, тихонько закрыла крышкой, вернулась и тихонько ждала, когда все проснутся, потом забылась и стала то-ли мурлыкать, то-ли напевать какую-то детскую греческую песню. Разбудила всех.
Алексис подскочил, пошел бриться к рукомойнику. Ирини оделась, побежала за углем, подсыпать в печку: вчерашний уголь еще не затух, потому как уголь она засыпала где-то в три часа ночи: это так долго они разговаривали с Валей."
"Теперь у Ирини нарисовалась почти полная картина их жизни в Сибири. Алексис и Валентина с любовью рассказывали о таежных красотах. Алексис любил купаться и рыбачить на реке Кеть, по обе стороны которой росли высокие сосновые леса. Он бы хотел остаться там навсегда, рыбачить, может учительствовать, как когда-то его любимый Костас, о судьбе которого никто ничего не знал. Но желание стать врачом преобладало, потому что любил замечательного доктора, Анастаса Павловича Папанасопуло, который везде, где видел маленького мальчика, всегда его замечал, разговаривал с ним. И Алексиса очень поддержало его внимание, он хотел стать похожим на него. Анастасу Павловичу повезло тогда: у коменданта города было загноение кости, и никто не мог ему помочь. К Папанасопуло он относился свысока, притеснял, где только мог. Болезнь вынудила его обратиться к притесняемому им доктору и тот вылечил его. После этого комендант рекомендовал его в Томск в лучший госпиталь. Именно у него, после окончания школы, остановились брат с сестрой в надежде поступить в институт. Папанасопуло звонил ректору, с которым был знаком, но бесполезно. Алексис подробно описал, как рвал и метал их добрый покровитель, как со злости доктор швырнул трубку телефона, потом собирали, и крепили все изолентой.
Все эти подробности из жизни Алексиса и Вали Метаксов, голова Ирини перерабатывала заново, проснувшись рано утром. Прибирая комнату, расставляя посуду на столе, заметая пол около печи, она не переставала думать о них. Вышла во двор, вернулась с ведром угля про запас. Валентина, одетая лежала на кровати поверх одеяла и возилась с Наташей.
