Тот занимал пока времянку у дома, но надеялся отсудить полдома. Так что, надо было искать себе другое жилье. Через два месяца Савва Александриди купил недостроенный дом неподалеку от дома тетки, на соседней улице. После работы они с Ирини ходили достраивали сами. Ирини штукатурила, он делал столярные работы: окна, двери, в одной комнате даже настелил деревянные полы. А крышу крыл с знакомыми греками. Почти сразу, как приехали в Джамбул, их пригласил на свадьбу троюродный брат из Киргизии, Николай Феодориди. Тетя Соня согласилась остаться с детьми. На свадьбу поехали с новой Ирининой подругой Симой и ее мужем. Они оказались родственниками невесты. Киргизский поселок «Тамерлановка», в котором тоже жили сосланные греки, оказался просторным и богатым. Выращивали, в основном, табак. Летом его выращивали, а зимой работали с сырьем на совхозной фабрике. У каждого селянина была своя скотина: коровы, свиньи, куры, утки, гуси, бараны, козы. Народ на свадьбе собрался здоровый, щекастый, веселый. Троюродный брат Саввы, Николай, младше его на пять лет, был просто красавцем. Ирини, вместе со всеми, танцевала по дороге к невесте до изнеможения, пока не дошли до ее дома. Невеста была очень скромной и немного неуклюжей. Ирини показалась она некрасивой, да еще и очень смуглой, полным контрастом белокожему кудрявому Николаю. Танцуя греческий танец рядом с женихом, Ирини, как бы между прочим поинтересовалась:
– Где ты такую смуглянку нашел, Нико?
Тот пожал плечами:
– Мама выбрала ее для меня. А мамино слово, сама знаешь, закон для хорошего сына.
Позже, разговаривая с его матерью, тетей Лизой, Ирини высказалась, что такому красавцу можно было найти невесту покрасивше. Мать Нико в последнее время часто болела. Знала, что Марика любит ее сына, за него жизнь отдаст, но шансов, что он обратит на нее внимание не было. Нужно было только материнское слово. Она его и дала, будучи уверенной, что, в благодарность, невестка будет смотреть за ней до самой смерти. Кроме того, все знали, что Марика хорошая хозяйка. А что еще нужно для серьезной семьи?
– Так-то это так, но ваш красавец сын, мог бы найти жену посимпотичней, – сочувственно посетовала Ирини, не зная, что не пройдет чуть больше двадцати лет, как это ее замечание о Марике очень отразится на жизни дочери, которую уже два месяца, беременная Ирини, носила под сердцем. Не подумала она, что тетя Лиза, в один прекрасный день, передаст слова Ирини своей невестке.