А ведь одна из причин того, что соскучилась за Осакаровкой, это желание поскорей увидеть его, почувствовать на себе его жгучий взгляд…
Ее никто не встречал, и она медленно шла с вокзала с тяжелым чемоданом с одной стороны и с Мишуткой за руку-с другой. Было десять воскресного утра. Далеко под коркой головного мозга сидела мысль, что, может быть, встретится ей Дмитрий, и он поможет ей, конечно, понести чемодан. И она увидит его глаза, пронизывающие ее исподтишка, так что не сразу поймешь смотрит он на тебя или нет. Но ее-то он не обманет, знает она, смотрит, смотрит. Но никто из знакомых не встретился. Незнакомые ребята-школьники предложили ей донести чемодан, чему она была очень благодарна. На углу их переулка она распрощалась с помощниками и медленно понесла чемодан к дому. Нагнув голову и разговаривая с Мишуткой, она искоса смотрела в сторону Харитонова дома. Но там никого не было. У своих ворот она помедлила, оглянулась – во дворах Александриди и Истианиди его тоже не было. Роконоца чем-то занималась около своего сарая. Вот появился из сарая Генерал с лопатой. Настасья поскорей зашла во двор: ей не хотелось разговаривать с ним. С некоторых пор, ей казалось, слишком часто стал останавливаться около нее, заговаривать… Да многие парни стали с ней заговаривать и женатые, и неженатые. Любому будет лестно заиметь такую молодицу в положении кого угодно, только не жены. Спасибо, баба Нюра учит ее уму-разуму.
– Смотри, внученька, – говорила она, поглаживая ее волосы, – им известно, что надо. Ославят тебя, жизнь окончательно испортят, а сами в кусты. Вот и все. Блюди свою честь: еще найдется для тебя хороший человек. С такой-то красотой, ты одна не останешься.
– Да никто мне не нужен, – раздражалась в таких случаях Настя, – хватит побыла женой. Вон, сын есть, вот теперь он – вся моя жизнь. Проживем как-нибудь. Нам много не надо.
У самой же скребло на сердце. Чувство обиды, как ни успокаивала она сама себя и не убеждала, жило там червем.
* * *Харитон все-таки согласился давать старшеклассникам уроки физкультуры по субботам, шесть уроков подряд. К тому же два раза в неделю, вечерами, проводил для них же секцию по вольной борьбе. Эльпида не была против, все-таки приработок. Парни шли к новоиспеченному учителю, Дмитрию Аристотелевичу, на секцию валом. Всем хотелось иметь такие же бицепсы и трицепсы, такую же победительную хватку в борьбе, как и у нового учителя. А Харитон принялся за новое дело со всей страстью новичка, желающего делать свое дело всем на зависть. Через два месяца он провел первые пробные соревнования, на которые пришла бы вся школа, если б уместил их крошечный спортивный зал. Позволили стать зрителями только старшеклассникам, и учителям.