Автор
Лаверн Первому кажется, что он сдается перед ужасом и безумием. Безвыходная ситуация на ликующем празднике алкоголя и жестокости превращает мир в невообразимую тьму. Каждая строка описывает не только отчаяние, но и подталкивает к соприкосновению со страхами глубоко внутри каждого из нас....
Если она захочет, Элинор проснется совершенно другим человеком, а может и не проснуться вовсе!
Удивленная собственной вспышкой злости, Хести попятилась и налетела на напольную вазу. Тонкий фарфор раскололся, вода выплеснулась на пол, пышные белые цветы оказались у ее ног.
– Что ты делаешь? – прошипел Савьер, округлив глаза.
– Ничего, это моя ошибка! – воскликнула Элинор и поспешила к разбитой вазе. – Не стоило ставить ее здесь, знала ведь, что гости…
Под ее разочарованное бормотание Хести осторожно переступила через цветы и спряталась за спиной калеки.
Хести фыркнула и спросила:
– Куда я могу отнести свои вещи?"
"– Ваша комната на втором этаже, четвертая дверь справа! – откликнулась Элинор, не отрываясь от осколков.
– Я вам помогу, – вызвался Савьер. – А ты иди.
Хести пожала плечами, положила руку на крышку сундука, оставленного возле двери слугой, мысленно произнесла короткое заклинание и с удовольствием почувствовала, как магия пульсирует на кончиках пальцев.
Из-под сундука показались ножки. Неуверенно покачиваясь, он поковылял к лестнице и начал медленно взбираться по ступеням.
– Могла бы позвать слугу, – сказал Савьер, упорно пытаясь наклониться, чтобы помочь Элинор собирать осколки.
– Не могла, – резко ответила Хести и, задрав подбородок, поспешила на второй этаж.
Как же он стелется перед этой… этой…
Сжав кулаки, Хести замерла перед дверью и попыталась успокоиться.
Да, Элинор – красивая женщина. Нет ничего удивительного в том, что калека теряет остатки разума рядом с ней. Люди непостоянны, переменчивы и склонны предавать доверие – в глубоком детстве об этом ей говорила мать. Выходит, она была права?
«Не устраивай трагедию, – мысленно одернула себя Хести, – он всего лишь мужчина, неужели ты ждала от него большего?»
Она захлопнула дверь с такой силой, что с потолка посыпалась побелка. Стряхнув белую пыль с плеча, Хести пнула сундук и уселась на пол возле кровати.
Она очистила свой разум, закрыла глаза и попыталась ощупать поместье своими обострившимися чувствами.
Слуги в основном на кухне и в столовой – готовятся к ужину. Кто-то сидит в библиотеке, еще два человека на чердаке. Калека и Элинор пока в холле, к ним присоединился кто-то еще.
Хести почувствовала, как ее тонкое, нематериальное тело покинуло комнату, и растворилась в ощущении безграничной свободы.
