Такой я не любила больше всего. Если уж дождь – то лучше гроза, с молниями и громом. Чтобы все сверкало, небо разрывалось от мощных ударов туч и пульс частил от мысли, что вот-вот начнется гроза, а ты еще не успел спрятаться от нее.
– Все дело в кольцах, – в который раз сказала я задумчиво, проводя пальцем по злополучному украшению, которое так и не собиралось сниматься. – И в Джульетте.
– Может быть, мы должны, как в фильмах, принять и полюбить друг друга? – хмыкнул Ярослав. – Только тогда кольца и снимутся? И заклятие спадет.
– Может быть, и так, – устало согласилась я. – Но я понятия не имею, как я должна тебя принять и полюбить. Если только как братика, – хмыкнула я. – Кстати, братик, ты куришь?
– Иногда, – ответил парень. – А что?
– Твое тело хочет сигарет. А мое сознание – нет. Кстати, если ты попытаешься курить, находясь в моем теле, я тебя пришибу, – пообещала я.
Яр лишь отмахнулся, и мы пошли обратно в машину. Небо, тучи и мелкий накрапывающий дождь делали город серым и хмурым, и настроению подобная меланхоличная погода не способствовала совершенно.
Минут десять спустя несколько ехавших по встречной полосе машин предупреждающе подмигнули нам фарами, и Зарецкий, громко и выразительно чертыхнувшись, включил аварийку и встал у обочины.
– По ходу, впереди менты, – процедил он сквозь зубы. – Вставай.
– В смысле? – не поняла я, мыслями все еще находясь с подругой. – Хочешь, чтобы я пешком шла, что ли?
Ярослав закатил глаза.
– Садись за руль, Мельникова. Сейчас мимо засады поедем. Потому что объехать – никак. И если ты что-нибудь сделаешь с машиной… – он выразительно провел большим пальцем по шее, давать понять, что сделает со мной.
– Не бойся, детка, – усмехнулась я.
– Как ты меня назвала?! – заорал он, однако я не ответила – вышла из автомобиля.
Удобно устроившись за рулем и изучив панель управления, я неспешно тронулась с места. Машинка ехала плавно, беспрекословно слушаясь водителя.
– Ты точно умеешь водить? – запоздало поинтересовался Яр, демонстративно пристегиваясь.
– Точно, – успокоила его я.
– Не впишись никуда. Осторожнее. Зачем ты его пропустила?! Видишь, там знак! – комментировал Зарецкий, сидя на моем месте. Он и правда боялся, что я что-то сделаю его краснобокой малышке. Однако я, освоившись, ехала вперед довольно спокойно.
– Не держи руль одной рукой, – велел Ярослав тоном заботливой мамочки.
– Может, мне в него зубами вцепиться? – огрызнулась я. Въедливый голос Зарецкого мешал сосредоточиться. Мне нравилось управлять машиной, хоть я и чувствовала себя не до конца уверенной. Даже возник соблазн разогнаться, почувствовать скорость, но затор на дороге не давал возможность сделать это, да и я сама прекрасно понимала, что сейчас не время для подобного.