Автор
Сидел в кафе с закинутой ногой на столе, постукивая тонкими пальцами по нему. Уже вторая чашечка эспрессо – раньше не любимая, но теперь почти священная для Яру. Каждый кофе придавал ему новую энергию и мысль, как бы ни уставал он в этот жаркий день.
Быстро пошли отсюда, – прошипела она Зарецкому и потащила за собой к выходу, пока изумленный брюнет безуспешно искал крошки. – Пока он не захотел поговорить со мной «по-мужски»
– Но погоди, – вырывался тот, – ты же деньги взяла! Надо отдать! Давай вернемся!
– Я тебе вернусь! Мне с таким амбалом не справиться, Злорадский.
– Хватит коверкать мою фамилию!
– Хватить вести себя как ребенок!
– Но, блин…
Они спешно вышли из кафе на окутанную осенней дымкой улицу и быстрым шагом направились к светофору.
Солнце мазнуло по их лицам золотом.
– И почему ты сказала, что я – твоя девушка? – сварливо спросил Зарецкий, на всякий случай оглядываясь – брюнет не бросился в погоню.
– Потому, – была скупа на слова Настя.
– Ты могла бы сказать, что сестра!
– Может быть, мне тебя дочкой стоило назвать? – повысила голос девушка в теле парня. Ярослав Зарецкий был едва ли не тем единственным человеком, кто мог довести ее до белого каления всего лишь парой фраз. Талант, ничего не скажешь!
– Лучше бы вообще молчала.
– Лучше бы не плевался в людей.
Они остановились у пешеходного перехода. Стоящая рядом девушка оглядела Настю заинтересованным взглядом. Яр заметил это, схватил Настю под руку и довольно ухмыльнулся.
– Из меня вышел бы классный парень, да? – хмыкнула Настя, когда загорелся зеленый. Она тут же поймала удивленный взгляд той самой девушки и несколько смутилась.
– Конечно. О, этот легкий флер неприятностей, что ты несешь за собой, – проговорил Ярослав ангельским голоском.
– Я несу? – переспросила Настя, сердито сдвинув брови и отцепляя Ярослава от себя.
– А ничего, что ты забрала его деньги?
– Его? Я думала, твои, – отозвалась с недоумением девушка, широко шагая по зебре. Яр за ней с трудом поспевал и еще больше злился из-за этого.
– А я говорил, что тебе думать противопоказано. Знаешь, когда люди работают в парах, кто-то из них является мозговым центром, а кто-то – исполнителем. В нашей вынужденной двойке я – голова, а ты грубая физическая сила, – с неприкрытым ехидством говорил Зарецкий, ускоряя шаг.
"– Хватит нести чушь. Лучше объясни мне, что это было? – сердито спросила Настя, доставая из кармана ключи от машины. Ярослав чуть не взвыл – так хотелось ему сесть за руль своей малышки, но…
– Мерзотный тип пристал, не поняла, что ли? – огрызнулся он.
– Еще бы не пристал. Ты вырядился, как начавшая падать женщина.
– Куда падать? – не понял Яр.
– В бездну пошлости, – первой села в машину Настя.
