Автор
Неуместное спокойствие не могло унять охвативший всех охотников тревогу. Вокруг – мир знакомый и затерянный одновременно: горы, леса, травяные склоны - все это кажется родным, но запахи незнакомы. Стая чувствует, что в мире произошло что-то необычное, о чем они даже не могут догадываться, поднимаясь над безмолвной равниной и густыми зарослями к горизонту....
Клинок вошел под ребра, однако освободить его разведчик не сумел: умирающий Цучик вцепился ему в руку. Резкий толчок, движение в сторону – уклонение от возможного удара сзади, пальцы смыкаются на рукояти второго ножа, молниеносный разворот и… И взгляд упирается в черный глазок пистолетного дула.
Все.
Весчик давит на спусковой крючок, но в следующий миг из его головы вылетает красный фонтанчик. А еще через мгновение Дан слышит грохот выстрела и понимает, что Курок не подвел.
– Идиоты! – Секачу ясно, что галаниты на ногах и можно ругаться в полный голос, но все равно шипит. – Ипатые кретины!
Берт не ожидал от игуасцев такой глупости, надеялся, что Баурда уберет галанитов без лишнего шума, а потому – взбешен. Но накатившая злоба не мешает менсалийцу принимать правильные решения, и он орет:
– Дабурчик! Тревога! Спорки полезли! – Не получилось в тишине, попробуем обманом. – Выводи своих!
– Иду! – орет в ответ капрал, а из окна летит граната.
– Дерьмо!
В грохоте взрыва никто не слышит выстрелов, что доносятся со стороны ворот.
…Небо предрассветное, серое, чересчур серое – черное едва-едва покачнулось, целиться сложно, однако делать нечего, хочешь жить – целься и убивай.
Баурда бежит по галерее, пытаясь понять, что происходит в комплексе. Два взрыва на площади – кто-то бросил гранаты, но кто? Свои или чужие? И кто они – свои? Менсалийцы? Впрочем, сейчас – да, менсалийцы.
– Курок! Что у тебя?!
– Цель!
Молодой разведчик останавливается, вскидывает карабин и стреляет.
– Есть?
– Нет!
Слишком темно. Еще слишком темно… Форма у галанитов серая, в темноте почти неразличимая…
– Хня!!
Инстинкт, иначе и не скажешь. Инстинкт самосохранения выручил, обостренный до предела. В самый последний момент Дан рванулся в сторону, и пуля, что должна была пробить голову, вгрызается в деревянный столб.
– Минус один!
Это Бачик, неунывающий Бачик, отличный механик и превосходный стрелок. Он давно сменил пистолет на карабин и лично уложил трех менсалийцев. Уже трех. Но героизм Бачика пропадает втуне, поскольку остальные галаниты похвастаться такими же результатами не могли.
Выстрел.
Дабурчик трижды стреляет в ответ, отбрасывает разрядившийся пистолет и берется за винтовку.
