Автор
Неуместное спокойствие не могло унять охвативший всех охотников тревогу. Вокруг – мир знакомый и затерянный одновременно: горы, леса, травяные склоны - все это кажется родным, но запахи незнакомы. Стая чувствует, что в мире произошло что-то необычное, о чем они даже не могут догадываться, поднимаясь над безмолвной равниной и густыми зарослями к горизонту....
– Что же в этом постыдного?
Мужчина прищурился, но промолчал, не мешая Свечке говорить.
– Ты не помнишь ничего из прошлого, не знаешь, почему мечтал о смерти, но достойно встретил Пустоту, и… И ты ее победил.
– Что?
– Ты не растерялся, Грозный, – улыбнулась девушка, беря мужчину за руку. – Ты настолько силен, что даже на самом краю продолжал думать и анализировать. И ты понял, что спешил не туда. Ты разобрался в себе, Грозный, тебе невероятно повезло.
– Разобрался и обо всем забыл?
– Ты вспомнишь. – Свечка мягко провела ладонью по его щеке.
– Не помешала?
Громкий женский голос прозвучал совсем некстати, но Свечке хватило выдержки не отдернуть руку. Она медленно повернула голову, посмотрела на стоящую в трех шагах Привереду и неспешно ответила:
– Нет.
Грозный же на появление нахалки вообще никак не среагировал: продолжил напряженно смотреть на Свечку, словно ожидая продолжения разговора.
– Обнимаетесь?
– Болтаем.
– Секретничаете? – Привереда приблизилась на пару шагов.
– Нет.
Свечка опустила руку, Грозный усмехнулся.
– О чем не секретничали?
Упорство, с которым Привереда возвращалась к этой теме, говорило об одном: подсмотренная сценка выбила ее из колеи. То ли жест Свечки оказался слишком неожиданным, то ли слишком неприятным, но факт оставался фактом: Привереда на какое-то время потеряла контроль над собой.
– Так о чем вы шептались?
– О том, что вы не доверяете Грозному, – легко ответила Свечка. – Пошли на поводу у Рыжего, о котором тоже ничего не знаете, и раскололи команду.
– Мы никогда не были командой.
– Мы стали, оказавшись здесь.
– Допустим, – сдалась Привереда. И покосилась на Грозного: – Тебя это беспокоит?
– Когда я очнулся, меня беспокоили ребра. Я их проверил и выяснил, что переломов нет. С тех пор все в порядке.
Свечка рассмеялась, Привереда порозовела, но сдержалась.
– Я видела, как ты снимал одежду.
– Теперь я буду тебе сниться, – прокомментировал Грозный.
– Не слишком ли ты о себе возомнил? – не стерпела Привереда.
– Что бы я о себе не возомнил, это я возомнил о себе. И тебя никто не заставляет слушать.
Свечка думала, что резкая отповедь вызовет скандал, что Привереда обязательно ответит лысому, но та лишь вздохнула:
– Я всего лишь хотела сказать, что у тебя очень дорогой тельник, Грозный. Цапа потертая, свитер грубый, а тельник – из маринорского батиста с изящной ручной вышивкой.
– И что это значит?
– Ты – адиген.
– Или я ограбил адигена.
